Главное достоинство сего фильма — это, конечно же, бунтовщик и самозванец Емельян Пугачёв. Точнее говоря, замечательный советский актёр Сергей Лукьянов, исполнивший его роль. Сыграл он, право слово, великолепно! Выше всяких похвал. Я даже боюсь, что не смогу в будущем воспринимать других актёров в роли Пугачёва, ибо настолько сильны впечатления от этого запоминающегося образа. Талант, одним словом.
Кстати, по правде говоря, именно на Лукьянове во многом и держится весь фильм. Однако, не надо на этом основании думать, что другие, задействованные в картине актёры обделены актёрским мастерством или решили подхалтурить. Нет. И Стриженов, и Шалевич, и Арепина — довольно неплохие актёры, но дело в пушкинском первоисточнике и в сценарии — их персонажи на фоне лукьяновского Пугачёва смотрятся… Я бы не сказал, что блекло. За ними просто не интересно наблюдать.
И Гринёв Стриженова, и Маша Арепиной, и Швабрин Шалевича сильно уступают Пугачёву в обаянии. Да и характеры у них какие-то однобокие, тогда как Пугачёв сильно неоднозначен и тем заставляет задумываться о себе. В нём как бы сплелись все грани могучего народного характера. Пугачёв в одно и тоже время может быть по разбойничьи жесток, ибо не боится пролить невинной кровушки; по стариковски мудр, так как понимает обречённость своей затеи, но считает, что лучше бороться с несправедливостью, чем сидеть сложа руки (действие лучше чем бездействие); и по царски благороден, ибо готов из-за какой давнишний, оказанной ему услуги, осыпать человека милостями. Чертовски колоритный персонаж. Да и внешностью своей напоминает былинного богатыря.
А уж сцена его казни! По мне, она намного мощнее похожей сцены из голливудского «Храброго сердца» с Мэлом Гибсоном. Чего стоит, хотя бы, Пугачёв, просящий перед казнью прощения у православного народа. Гибсоновский Уоллес с его «фридомом» даже в сравнение не идёт. Правда, не совсем понятно, а за что Пугачёв просит прощение у народа: за то, что поднял восстание и погубил немало человеческих жизней или за то, что потерпел поражение? Лично я склоняюсь ко второму варианту
Кстати, по правде говоря, именно на Лукьянове во многом и держится весь фильм. Однако, не надо на этом основании думать, что другие, задействованные в картине актёры обделены актёрским мастерством или решили подхалтурить. Нет. И Стриженов, и Шалевич, и Арепина — довольно неплохие актёры, но дело в пушкинском первоисточнике и в сценарии — их персонажи на фоне лукьяновского Пугачёва смотрятся… Я бы не сказал, что блекло. За ними просто не интересно наблюдать.
И Гринёв Стриженова, и Маша Арепиной, и Швабрин Шалевича сильно уступают Пугачёву в обаянии. Да и характеры у них какие-то однобокие, тогда как Пугачёв сильно неоднозначен и тем заставляет задумываться о себе. В нём как бы сплелись все грани могучего народного характера. Пугачёв в одно и тоже время может быть по разбойничьи жесток, ибо не боится пролить невинной кровушки; по стариковски мудр, так как понимает обречённость своей затеи, но считает, что лучше бороться с несправедливостью, чем сидеть сложа руки (действие лучше чем бездействие); и по царски благороден, ибо готов из-за какой давнишний, оказанной ему услуги, осыпать человека милостями. Чертовски колоритный персонаж. Да и внешностью своей напоминает былинного богатыря.
А уж сцена его казни! По мне, она намного мощнее похожей сцены из голливудского «Храброго сердца» с Мэлом Гибсоном. Чего стоит, хотя бы, Пугачёв, просящий перед казнью прощения у православного народа. Гибсоновский Уоллес с его «фридомом» даже в сравнение не идёт. Правда, не совсем понятно, а за что Пугачёв просит прощение у народа: за то, что поднял восстание и погубил немало человеческих жизней или за то, что потерпел поражение? Лично я склоняюсь ко второму варианту