С земли встает туман голубоватый, Грохочут танки, вытянувшись в ряд. Как соколы отважные, крылаты, Над крышей флаги красные парят. Старушка обняла бойца за шею, От радости заплакала она, И, улыбаясь, свежие трофеи Подсчитывает строгий старшина. Как тень судьбы Германии фашистской, На всех путях, куда ни кинешь взгляд, На глцне развороченной и склизкой Чернеют трупы вражеских солдат.
Сергей Орлов. "Его зарыли в шар земной..."
Его зарыли в шар земной,
А был он лишь солдат,
Всего, друзья, солдат простой,
Без званий и наград.
Ему как мавзолей земля —
На миллион веков,
И Млечные Пути пылят
Вокруг него с боков.
На рыжих скатах тучи спят,
Метелицы метут,
Грома тяжелые гремят,
Ветра разбег берут.
Давным-давно окончен бой...
Руками всех друзей
Положен парень в шар земной,
Как будто в мавзолей...
Июнь 1944 г.
С земли встает туман голубоватый,
Грохочут танки, вытянувшись в ряд.
Как соколы отважные, крылаты,
Над крышей флаги красные парят.
Старушка обняла бойца за шею,
От радости заплакала она,
И, улыбаясь, свежие трофеи
Подсчитывает строгий старшина.
Как тень судьбы Германии фашистской,
На всех путях, куда ни кинешь взгляд,
На глцне развороченной и склизкой
Чернеют трупы вражеских солдат.
Сергей Орлов. "Его зарыли в шар земной..."
Его зарыли в шар земной,
А был он лишь солдат,
Всего, друзья, солдат простой,
Без званий и наград.
Ему как мавзолей земля —
На миллион веков,
И Млечные Пути пылят
Вокруг него с боков.
На рыжих скатах тучи спят,
Метелицы метут,
Грома тяжелые гремят,
Ветра разбег берут.
Давным-давно окончен бой...
Руками всех друзей
Положен парень в шар земной,
Как будто в мавзолей...
Июнь 1944 г.