Жили да были два генерала, и так как оба были легкомысленны, то в скором времени, по щучьему велению, по моему хотению, очутились на необитаемом острове.
· Сказано – сделано. Пошел один генерал направо и видит- растут деревья, а на деревьях всякие плоды…
· Долго ли, коротко ли, однако генералы соскучились.
· Оказалось, что мужик знает даже Подьяческую, что он там был, мед-пиво пил, по усам текло, а в рот не попало!
· Сколько набрались страху генералы во время пути от бурь да от ветров разных, сколько они ругали мужичину за его тунеядство – этого ни пером описать, ни в сказке сказать.
· Поехали они в казначейство, а сколько тут денег загребли – того ни в сказке сказать, ни пером описать!
«Жили да были два генерала, и так как оба были легкомысленны, то в скором времени — по щучьему велению, по моему хотению — очутились на необитаемом острове… »
«— Сказано — сделано. Пошел один генерал направо и видит — растут деревья, а на деревьях всякие плоды… »
«Сколько набрались страху генералы во время пути от бурь да от ветров разных, сколько они ругали мужичину за его тунеядство — этого ни пером описать, ни в сказке сказать» .
Не странно ли — генералы очутились «на необитаемом острове» , потому что «оба были легкомысленны» ? Так «ругали мужичину за его тунеядство» (было ли тунеядство? ) — «этого ни пером описать, ни в сказке сказать» . Вспомним, что в народных сказках эта формула чаще всего сопровождает особый пир, прекрасные волшебные изделия, как, например, в «Царевне-лягушке» . А здесь? Что же скрывается за этими формулами? Ирония, усмешка, сожаление автора?
«…Оказалось, что мужик знает даже Подьяческую, что он там был, мед-пиво пил, по усам текло, в рот не попало! »
«Поехали они в казначейство, и сколько денег тут загребли — того ни в сказке сказать, ни пером описать!» как-то так)
· Сказано – сделано. Пошел один генерал направо и видит- растут деревья, а на деревьях всякие плоды…
· Долго ли, коротко ли, однако генералы соскучились.
· Оказалось, что мужик знает даже Подьяческую, что он там был, мед-пиво пил, по усам текло, а в рот не попало!
· Сколько набрались страху генералы во время пути от бурь да от ветров разных, сколько они ругали мужичину за его тунеядство – этого ни пером описать, ни в сказке сказать.
· Поехали они в казначейство, а сколько тут денег загребли – того ни в сказке сказать, ни пером описать!
«Жили да были два генерала, и так как оба были легкомысленны, то в скором времени — по
щучьему велению, по моему хотению — очутились на необитаемом острове… »
«— Сказано — сделано. Пошел один генерал направо и видит — растут деревья, а на деревьях
всякие плоды… »
«Сколько набрались страху генералы во время пути от бурь да от ветров разных, сколько они
ругали мужичину за его тунеядство — этого ни пером описать, ни в сказке сказать» .
Не странно ли — генералы очутились «на необитаемом острове» , потому что «оба
были легкомысленны» ? Так «ругали мужичину за его тунеядство» (было ли
тунеядство? ) — «этого ни пером описать, ни в сказке сказать» . Вспомним, что в народных
сказках эта формула чаще всего сопровождает особый пир, прекрасные волшебные
изделия, как, например, в «Царевне-лягушке» . А здесь? Что же скрывается за этими
формулами? Ирония, усмешка, сожаление автора?
«…Оказалось, что мужик знает даже Подьяческую, что он там был, мед-пиво пил, по усам
текло, в рот не попало! »
«Поехали они в казначейство, и сколько денег тут загребли — того ни в сказке сказать, ни
пером описать!» как-то так)