В самом начале летних каникул, когда еще приходилось ждать отпусков моих родителей, я с дворовыми ребятами решил съездить загород, на пикник. Через полтора часа мы уже вышли из электрички и шагали от станции к лесополосе. У края леса, на опушке мы встретили странную, пеструю птицу, неподвижно сидевшую в высокой траве. У кого-то из нас под ногой треснула сухая ветка, птица встрепенулась и отлетела в сторону, отвлекая нас от гнезда, в котором на кучке листвы лежало два яичка, усыпанных буро-фиолетовыми пятнами. Мы поспешили уйти, чтобы не отпугнуть беспокойную мамочку от дальнейшего высиживания кладки. Молодой соснячок встретил нас самозабвенной арией известного солиста – лесного жаворонка. Его внешность напоминала комичного героя оперетты: толстенькое, коренастое тельце, короткий хвостик фрака и, смешно торчащий, хохолок на затылке. Мы послушно дослушали артиста и углубились в заросли диких, ягодных кустарников. Несколько разоренных птичьих гнезд напомнили нам о лесных хищниках – любителях разыгрывать драмы жизни. В редкой, дубовой поросли мы нечаянно спугнули куропатку с выводком. Буквально, из-под наших ног, словно серые шарики, раскатились в разные стороны птенцы. Мы перебрались через просеку и оглянулись на беспокойную семейку. Осторожная куропатка нежно и протяжно пропела «кво-о, кво-о», и тут же полянка ожила: со всех ног малыши бежали к маме, которая бдительно поглядывая по сторонам, повела свой выводок обратно к дому. Выйдя к лесному озеру, мы развели небольшой костерок, чтобы не тревожить лесных жителей. С большим аппетитом поели картошки, и двинулись в железнодорожной станции. Ария жаворонка звенела в наших ушах, пока не закрылись автоматические двери электрички, возвращающей нас вродной город
