Татьяна – стала женщиной такой душевной красоты, которая смиряла даже окружающую пошлость. И женщина эта была «покойна и вольна». Пушкин увел ее прочь, последним словом в ее признании оставив слово «верность». Ее прекрасная душа была открыта Пушкину вся, там не была ни одного темного уголка, куда бы он «не смог заглянуть своим мысленным взглядом». «Вольность и покой – замену счастью», никогда она не искала их, в угоду им никогда не отгораживалась от мира презрением и равнодушием. Она, может, и не знала счастья в любви, зато знала высокий нравственный закон, исключающий себялюбие, знала свою жизненную цель, ровным своим светом уже одарить жизнь до конца. Без оглядок и размышлений шла она к этой цели; шла твердо, потому что, «русская душою», цельная в самом своем существе, и не могла жить иначе.
пошлость. И женщина эта была «покойна и вольна». Пушкин увел ее прочь, последним
словом в ее признании оставив слово «верность». Ее прекрасная душа была открыта
Пушкину вся, там не была ни одного темного уголка, куда бы он «не смог заглянуть
своим мысленным взглядом». «Вольность и покой – замену счастью», никогда она не
искала их, в угоду им никогда не отгораживалась от мира презрением и
равнодушием. Она, может, и не знала счастья в любви, зато знала высокий
нравственный закон, исключающий себялюбие, знала свою жизненную цель, ровным своим светом уже одарить жизнь до конца. Без оглядок и размышлений шла она к этой цели; шла
твердо, потому что, «русская душою», цельная в самом своем существе, и не могла
жить иначе.