Экономический подъем Испании сопровождался формированием единого национального рынка и установлением общности экономических интересов, возникающих из национального разделения труда, этих необходимейших предпосылок интенсивного развития капитализма. С другой стороны, разнородные местные права и вольности, за которые различные области и города цепко держались, являлись причиной постоянных конфликтов между ними и королевской властью. Нередко случалось даже, что города объединялись против нее с феодалами. Поэтому к концу раннего средневековья в Испании не установилось такого тесного союза между королевской властью и городами против крупных феодалов. Испанский абсолютизм, при «королях-католиках» (Фердинанд и Изабелла) обладавший некоторыми прогрессивными чертами (борьба с городов против крупных феодальных сеньоров), при их внуке Карле I (1515—1556, он же с 1519 г.— германский император Карл V) приобретает реакционный характер, особенно после того, как Карл I разгромил в 1521 г. восстание городских коммун, на которым пыталась отчасти прийти ущемленная абсолютизмом аристократия.
подъем Испании сопровождался
формированием единого национального рынка
и установлением общности экономических
интересов, возникающих из национального
разделения труда, этих необходимейших
предпосылок интенсивного развития
капитализма. С другой стороны, разнородные
местные права и вольности, за которые
различные области и города цепко держались,
являлись причиной постоянных конфликтов
между ними и королевской властью. Нередко
случалось даже, что города объединялись
против нее с феодалами. Поэтому к концу
раннего средневековья в Испании не
установилось такого тесного союза между
королевской властью и городами против
крупных феодалов. Испанский абсолютизм,
при «королях-католиках» (Фердинанд и
Изабелла) обладавший некоторыми
прогрессивными чертами (борьба с
городов против крупных феодальных
сеньоров), при их внуке Карле I (1515—1556, он
же с 1519 г.— германский император Карл V)
приобретает реакционный характер, особенно
после того, как Карл I разгромил в 1521 г.
восстание городских коммун, на
которым пыталась отчасти прийти
ущемленная абсолютизмом аристократия.