Ещё до приезда в Кистенёвку, получив письмо от няни, Владимир Дубровский упрекнул себя в "преступном небрежении" к отцу. Мысль потерять его "терзала сердце" молодого человека.
Подъезжая к поместью, в котором не был 12 лет, Владимир испытал волнение, глядя на скромный дом под красной крышей, луг перед ним и выросшие берёзы.
Войдя в дом, он, прижимая к сердцу, обнял старую няню, а затем с жаром заключил в объятия отца и был поражён его болезненным состоянием. Тем не менее, молодой Дубровский был рад встрече с отцом и старой няней так же, как отец, няня и дворовые крестьяне были рады видеть молодого барина.
Подъезжая к поместью, в котором не был 12 лет, Владимир испытал волнение, глядя на скромный дом под красной крышей, луг перед ним и выросшие берёзы.
Войдя в дом, он, прижимая к сердцу, обнял старую няню, а затем с жаром заключил в объятия отца и был поражён его болезненным состоянием. Тем не менее, молодой Дубровский был рад встрече с отцом и старой няней так же, как отец, няня и дворовые крестьяне были рады видеть молодого барина.