В штаб-квартире Хунты парень появился недавно. Это был щуплый молодой человек лет восемнадцати. Членам Хунты он заявил, что имя его — Фелипе Ривера, и что он хочет трудится на благо революции. Поначалу никто из революционеров не верил парню, подозревая в нём одного из платных агентов Диаса. Даже поверив в его абсолютный патриотизм, в Хунте его не любили — к этому не располагала его мрачная внешность и не менее мрачный характер. В парне текла кровь мексиканцев и коренных индейцев. «Что-то ядовитое, змеиное таилось в его чёрных глазах. В них горел холодный огонь, громадная, сосредоточенная злоба».
В штаб-квартире Хунты парень появился недавно. Это был щуплый молодой человек лет восемнадцати. Членам Хунты он заявил, что имя его — Фелипе Ривера, и что он хочет трудится на благо революции. Поначалу никто из революционеров не верил парню, подозревая в нём одного из платных агентов Диаса. Даже поверив в его абсолютный патриотизм, в Хунте его не любили — к этому не располагала его мрачная внешность и не менее мрачный характер. В парне текла кровь мексиканцев и коренных индейцев. «Что-то ядовитое, змеиное таилось в его чёрных глазах. В них горел холодный огонь, громадная, сосредоточенная злоба».
В штаб-квартире Хунты парень появился недавно. Это был щуплый молодой человек лет восемнадцати. Членам Хунты он заявил, что имя его — Фелипе Ривера, и что он хочет трудится на благо революции. Поначалу никто из революционеров не верил парню, подозревая в нём одного из платных агентов Диаса. Даже поверив в его абсолютный патриотизм, в Хунте его не любили — к этому не располагала его мрачная внешность и не менее мрачный характер. В парне текла кровь мексиканцев и коренных индейцев. «Что-то ядовитое, змеиное таилось в его чёрных глазах. В них горел холодный огонь, громадная, сосредоточенная злоба».
В штаб-квартире Хунты парень появился недавно. Это был щуплый молодой человек лет восемнадцати. Членам Хунты он заявил, что имя его — Фелипе Ривера, и что он хочет трудится на благо революции. Поначалу никто из революционеров не верил парню, подозревая в нём одного из платных агентов Диаса. Даже поверив в его абсолютный патриотизм, в Хунте его не любили — к этому не располагала его мрачная внешность и не менее мрачный характер. В парне текла кровь мексиканцев и коренных индейцев. «Что-то ядовитое, змеиное таилось в его чёрных глазах. В них горел холодный огонь, громадная, сосредоточенная злоба».