Монолог "Вкус, батюшка, отменная манера" произносит Фамусов в пятом явлении второго действия пьесы. В нем он описывает московское "высшее общество". "На всех московских есть особый отпечаток" - говорит Фамусов. В этом обществе ценятся только богатые потомственные дворяне. "Будь плохенький, да если наберется Душ тысячки две родовых, – Тот и жених". Ум как таковой там не котируется, главное - знатность. "Пускай себе разумником слыви, А в семью не включат. На нас не подиви. Ведь только здесь еще и дорожат дворянством."
Описывает Фамусов молодежь, "старичков", дам и барышень, входящих в это общество. И, хотя он отзывается об этих людях с восхищением, зрителю понятно, насколько эти люди пусты и тщеславны. Например, "старички": "Не то чтоб новизны вводили, – никогда нас боже! Нет. А придерутся К тому, к сему, а чаще ни к чему, Поспорят, пошумят и… разойдутся."
Монолог "Вкус, батюшка, отменная манера" произносит Фамусов в пятом явлении второго действия пьесы. В нем он описывает московское "высшее общество". "На всех московских есть особый отпечаток" - говорит Фамусов. В этом обществе ценятся только богатые потомственные дворяне. "Будь плохенький, да если наберется Душ тысячки две родовых, – Тот и жених". Ум как таковой там не котируется, главное - знатность. "Пускай себе разумником слыви, А в семью не включат. На нас не подиви. Ведь только здесь еще и дорожат дворянством."
Описывает Фамусов молодежь, "старичков", дам и барышень, входящих в это общество. И, хотя он отзывается об этих людях с восхищением, зрителю понятно, насколько эти люди пусты и тщеславны. Например, "старички": "Не то чтоб новизны вводили, – никогда нас боже! Нет. А придерутся К тому, к сему, а чаще ни к чему, Поспорят, пошумят и… разойдутся."