Очень добрая, очень нежная и очень романтическая повесть. От этого "очень" так и хрустит на зубах сладострастная горечь, горечь разочарования и крушения надежд детства, горечь взросления под названием "так не бывает".
Сюжет повести известен мне с детства. Вот только в школе не смогла я продраться сквозь гриновский, насыщенный сложными конструкциями, текст. Спотыкалась о него и сейчас, понимая, что разделяющее нас столетие неумолимо одаривает меня беззастенчивым "какой трудный текст". Хотя текст написан тем же языком, на котором говорю я! Как же должно быть стыдно... Но стыд не приходит, приходит осознание того, что несмотря на трудный язык, эта чудная сказка жива и сюжет знаком многим. Может быть, благодаря чудному фильму Александра Птушко, а может благодаря мелодичной песне "Засыпает синий Зурбаган..." - не важно. Главное то, что "Алые паруса" стали символом. Символом любви, надежды, веры, символом чуда, которое обязательно должно исполниться.
надеюсь и это правельно
Очень добрая, очень нежная и очень романтическая повесть. От этого "очень" так и хрустит на зубах сладострастная горечь, горечь разочарования и крушения надежд детства, горечь взросления под названием "так не бывает".
Сюжет повести известен мне с детства. Вот только в школе не смогла я продраться сквозь гриновский, насыщенный сложными конструкциями, текст. Спотыкалась о него и сейчас, понимая, что разделяющее нас столетие неумолимо одаривает меня беззастенчивым "какой трудный текст". Хотя текст написан тем же языком, на котором говорю я! Как же должно быть стыдно... Но стыд не приходит, приходит осознание того, что несмотря на трудный язык, эта чудная сказка жива и сюжет знаком многим. Может быть, благодаря чудному фильму Александра Птушко, а может благодаря мелодичной песне "Засыпает синий Зурбаган..." - не важно. Главное то, что "Алые паруса" стали символом. Символом любви, надежды, веры, символом чуда, которое обязательно должно исполниться.