Вечерний экспресс» остановился у водокачки набрать воды. На паровоз влезли Боб Тидбол, «Акула» Додсон и индеец-метис по прозвищу Джон Большая Собака. Они приказали машинисту отцепить паровоз и отвезти его на пятьдесят ярдов от состава.
Акула Додсон и Боб Тидбол вскрыли почтовый вагон. Ручкой кольта оглушили проводника, динамитным патроном взорвали сейф. Добычу, составившую тридцать тысяч долларов золотом и кредитками, они бросили в крепкий брезентовый мешок. Пришедший в себя проводник почтового вагона застрелил Джона Большую Собаку.
Бандиты приказали машинисту отогнать паровоз на две мили от водокачки. Там они соскочили с паровоза и исчезли в густых зарослях. На поляне к нижним ветвям деревьев были привязаны три лошади. С лошади Джона Большой Собаки бандиты сняли седло и уздечку и отпустили на волю. На остальных двух они поскакали по дикому ущелью. Здесь лошадь Боба Тидбола поскользнулась на мшистом валуне и сломала переднюю ногу.
Боб сказал, что лошадь Акулы Додсона по кличке Боливар выдержит пока двоих. Но Акула Додсон думал иначе: Боливар выдохся — место есть только для одного. Он застрелил Боба, и коню не пришлось нести двойной груз…
Додсон, глава маклерской конторы на Уолл-Стрит, заснул в кресле, и всё описанное было сном. Доверенный клерк доложил, что пришёл деловой партнёр и старый друг мистера Додсона мистер Уильямс. Из-за изменения цены на проданные Уильямсом и купленные Додсоном ценные бумаги Уильямс лишается всего капитала и должен будет продать дом.
Лицо Додсона мгновенно изменилось — оно выражало холодную жестокость и алчность. Он заявил: «Пусть платит по новой цене. Боливару не снести двоих».
очень прекрасное произведение это элегантный круто
Вечерний экспресс» остановился у водокачки набрать воды. На паровоз влезли Боб Тидбол, «Акула» Додсон и индеец-метис по прозвищу Джон Большая Собака. Они приказали машинисту отцепить паровоз и отвезти его на пятьдесят ярдов от состава.
Акула Додсон и Боб Тидбол вскрыли почтовый вагон. Ручкой кольта оглушили проводника, динамитным патроном взорвали сейф. Добычу, составившую тридцать тысяч долларов золотом и кредитками, они бросили в крепкий брезентовый мешок. Пришедший в себя проводник почтового вагона застрелил Джона Большую Собаку.
Бандиты приказали машинисту отогнать паровоз на две мили от водокачки. Там они соскочили с паровоза и исчезли в густых зарослях. На поляне к нижним ветвям деревьев были привязаны три лошади. С лошади Джона Большой Собаки бандиты сняли седло и уздечку и отпустили на волю. На остальных двух они поскакали по дикому ущелью. Здесь лошадь Боба Тидбола поскользнулась на мшистом валуне и сломала переднюю ногу.
Боб сказал, что лошадь Акулы Додсона по кличке Боливар выдержит пока двоих. Но Акула Додсон думал иначе: Боливар выдохся — место есть только для одного. Он застрелил Боба, и коню не пришлось нести двойной груз…
Додсон, глава маклерской конторы на Уолл-Стрит, заснул в кресле, и всё описанное было сном. Доверенный клерк доложил, что пришёл деловой партнёр и старый друг мистера Додсона мистер Уильямс. Из-за изменения цены на проданные Уильямсом и купленные Додсоном ценные бумаги Уильямс лишается всего капитала и должен будет продать дом.
Лицо Додсона мгновенно изменилось — оно выражало холодную жестокость и алчность. Он заявил: «Пусть платит по новой цене. Боливару не снести двоих».