Серый дождливый день... Сгущаются сумерки, и становится отчего-то грустно и тревожно. Зажигаю лампу, сажусь в кресло и достаю с полки томик стихов. Он сам раскрывается на нужной странице и вот поэт уже рядом, в этой комнате:
Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд,
И руки особенно тонки, колени обняв.
Послушай: далёко, далёко, на озере Чад,
Изысканный бродит жираф.
Эти строки принадлежат Николаю Гумилёву, нежному, влюбчивому, застенчивому человеку с впечатлительной душой и, чтобы защититься от жестокого мира, надевшему на себя маску "конквистадора в панцире железном", мужественному романтику и капитану, "...для кого не страшны ураганы, Кто изведал мальстремы и мель..."
Серый дождливый день... Сгущаются сумерки, и становится отчего-то грустно и тревожно. Зажигаю лампу, сажусь в кресло и достаю с полки томик стихов. Он сам раскрывается на нужной странице и вот поэт уже рядом, в этой комнате:
Сегодня, я вижу, особенно грустен твой взгляд,
И руки особенно тонки, колени обняв.
Послушай: далёко, далёко, на озере Чад,
Изысканный бродит жираф.
Эти строки принадлежат Николаю Гумилёву, нежному, влюбчивому, застенчивому человеку с впечатлительной душой и, чтобы защититься от жестокого мира, надевшему на себя маску "конквистадора в панцире железном", мужественному романтику и капитану, "...для кого не страшны ураганы, Кто изведал мальстремы и мель..."
Вам, поэт!
Объяснение: