Ей нравились романы;
Они ей заменяли все;
Она влюблялася в обманы
И Ричардсона и Руссо.
Отец ее был добрый малый,
В веке запоздалый;
Но в книгах не видал вреда;
Он, не читая никогда,
Их почитал пустой игрушкой
И не заботился о том,
Какой у дочки тайный том
Дремал до утра под подушкой.
Жена ж его была сама
От Ричардсона без ума. .
«В те дни, когда в садах Лицея
Я безмятежно расцветал,
Читал охотно Апулея
А Цицерона не читал. . »
Онегина Пушкин характеризует, как книголюба. Рецензии Евгения (отрицательных - на Гомера и Феокрита) явно сказано в романе:
«Он знал довольно по-латыни,
Чтоб эпиграфы разбирать,
Потолковать об Ювенале,
В конце письма поставить vale,
Да помнил, хоть не без греха,
Из Энеиды два стиха. »
Бранил Гомера, Феокрита;
Зато читала Адама Смита.
Татьяна читала его "Новую элоизу"
Ей нравились романы;
Они ей заменяли все;
Она влюблялася в обманы
И Ричардсона и Руссо.
Отец ее был добрый малый,
В веке запоздалый;
Но в книгах не видал вреда;
Он, не читая никогда,
Их почитал пустой игрушкой
И не заботился о том,
Какой у дочки тайный том
Дремал до утра под подушкой.
Жена ж его была сама
От Ричардсона без ума. .
«В те дни, когда в садах Лицея
Я безмятежно расцветал,
Читал охотно Апулея
А Цицерона не читал. . »
Онегина Пушкин характеризует, как книголюба. Рецензии Евгения (отрицательных - на Гомера и Феокрита) явно сказано в романе:
«Он знал довольно по-латыни,
Чтоб эпиграфы разбирать,
Потолковать об Ювенале,
В конце письма поставить vale,
Да помнил, хоть не без греха,
Из Энеиды два стиха. »
Бранил Гомера, Феокрита;
Зато читала Адама Смита.
Татьяна читала его "Новую элоизу"