В конце июля или в самом начале августа 1832 года Михаил Юрьевич Лермонтов, вынужденный после нескольких столкновений с реакционными профессорами оставить словесное отделение Московского университета, приехал вместе с бабушкой, Елизаветой Алексеевной Арсеньевой, в Петербург.
Лермонтову шел в то время восемнадцатый год. Это был широкоплечий, невысокого роста юноша. Он не был красив, но внимание каждого, даже незнакомого с ним, невольно останавливалось на его смуглом, немного скуластом лице и особенно черных проницательных глазах, взгляд которых обладал какой-то необыкновенной силой. Часто этот взгляд был тяжел и задумчив, иногда выражал иронически насмешливое отношение к окружающему, изредка, в кругу близких, освещался озорным огоньком
В конце июля или в самом начале августа 1832 года Михаил Юрьевич Лермонтов, вынужденный после нескольких столкновений с реакционными профессорами оставить словесное отделение Московского университета, приехал вместе с бабушкой, Елизаветой Алексеевной Арсеньевой, в Петербург.
Лермонтову шел в то время восемнадцатый год. Это был широкоплечий, невысокого роста юноша. Он не был красив, но внимание каждого, даже незнакомого с ним, невольно останавливалось на его смуглом, немного скуластом лице и особенно черных проницательных глазах, взгляд которых обладал какой-то необыкновенной силой. Часто этот взгляд был тяжел и задумчив, иногда выражал иронически насмешливое отношение к окружающему, изредка, в кругу близких, освещался озорным огоньком