Мир детства у А. Платонова – это особый мир, вхождение в который «на равных»
дозволено не каждому. Детство, мыслимое не просто как начальная пора жизни,
но более совершенная модель человечества – одна из центральных тем автора.
«Почему мы такие плохие и ничтожные, а наши дети – такие радостные и вольные» , - напишет Платонов в 1920 году в статье «Знамена грядущего» , и сделает вывод:
«Дети вселенной» .
Почти все герои Платонова поражены вирусом неизжитого "детства". Они кинутые, брошенные, неприкаянные. И в то же время монстры.
"Детскость" как свойство дорого Платонову, как видения она оказалась для
него уникальной, но вывод, который следует из его текстов и с которым он не смог совладать, несмотря на все свое пристрастие, состоит в том, что причиной трагичности событий, всех несчастий, непониманий его персонажей, невозможности ужиться с миром является эта самая инфантильность, неушедшая вовремя детскость, которая, привнесенная в мир взрослых в его переломный момент, оказывается губительной, неся не светлость, а, напротив, разрушение.
Мир детства у А. Платонова – это особый мир, вхождение в который «на равных»
дозволено не каждому. Детство, мыслимое не просто как начальная пора жизни,
но более совершенная модель человечества – одна из центральных тем автора.
«Почему мы такие плохие и ничтожные, а наши дети – такие радостные и вольные» , - напишет Платонов в 1920 году в статье «Знамена грядущего» , и сделает вывод:
«Дети вселенной» .
Почти все герои Платонова поражены вирусом неизжитого "детства". Они кинутые, брошенные, неприкаянные. И в то же время монстры.
"Детскость" как свойство дорого Платонову, как видения она оказалась для
него уникальной, но вывод, который следует из его текстов и с которым он не смог совладать, несмотря на все свое пристрастие, состоит в том, что причиной трагичности событий, всех несчастий, непониманий его персонажей, невозможности ужиться с миром является эта самая инфантильность, неушедшая вовремя детскость, которая, привнесенная в мир взрослых в его переломный момент, оказывается губительной, неся не светлость, а, напротив, разрушение.
То, что хорошо в детстве, плохо в мире взрослых.