А.П. Чехов – один из русских писателей, кто понимал, что деньги, чин, авторитет, власть – все это лишь внешние порабощения человеческой личности. Подлинный же инструмент, инструмент всепроникающий, – страх.
Какой-то маниакальный страх перед жизнью безраздельно владел душою Беликова – центральной фигуры рассказа Чехова «Человек в футляре», опубликованного в 1898 году. Беликов – это человек в футляре, нелепое, ничтожное существо, умудрившееся, однако же, запугать целый город: «Мы, учителя, боялись его. И даже директор боялся. Вот подите же, наши учителя народ все мыслящий, глубоко порядочный, воспитанный на Тургеневе и Щедрине, однако же этот человек…держал в руках всю гимназию целых пятнадцать лет. Да что гимназию! Весь город!»
Среди персонажей Чехова много влиятельных лиц: генералы, губернаторы, тайные советники, миллионеры. Но герой, который держит в руках весь город, лишь один – «человек в футляре». Власть страха соприкасается с владычеством ничтожества. Цель этого рассказа А.П. Чехова, как мне кажется, донести до людей сущность страха: «Под влиянием таких людей, как Беликов, за последнее десять-пятнадцать лет в нашем городе стали бояться всего. Бояться громко говорить, посылать письма, знакомиться, читать книги, боятся бедным, учить грамоте».
Раскрытию образа Беликова композиционный прием, к которому часто в своем творчестве прибегает Чехов, – рассказ в рассказе. Охотники, расположившиеся на ночлег в сарае старосты Прокофия, рассказывали разные истории. Один из них, по фамилии Буркин, поведал о жителе своего города, учителе греческого языка Беликове. Чем был примечателен этот человек? Только тем, что «даже в очень хорошую погоду выходил в калошах и с зонтиком и непременно в теплом пальто на вате». К тому же «и зонтик у него был в чехле, и часы в чехле из серой замши, и когда вынимал перочинный нож, чтобы очинить карандаш, то и нож у него был в чехольчике». Лицо его тоже, казалось, было в чехле, так как он все время прятал его в поднятый воротник.
Беликов, по словам рассказчика, носил темные очки, фуфайку, уши закладывал ватой, и когда садился на извозчика, то приказывал поднимать верх. Что это, причуда или образ жизни Беликова, Буркин не поясняет. Однако замечает, что у этого человека было постоянное стремление «окружить себя оболочкой, создать себе, так сказать, футляр», который якобы защищал его от внешнего мира, уединял его.
Объяснение:
А.П. Чехов – один из русских писателей, кто понимал, что деньги, чин, авторитет, власть – все это лишь внешние порабощения человеческой личности. Подлинный же инструмент, инструмент всепроникающий, – страх.
Какой-то маниакальный страх перед жизнью безраздельно владел душою Беликова – центральной фигуры рассказа Чехова «Человек в футляре», опубликованного в 1898 году. Беликов – это человек в футляре, нелепое, ничтожное существо, умудрившееся, однако же, запугать целый город: «Мы, учителя, боялись его. И даже директор боялся. Вот подите же, наши учителя народ все мыслящий, глубоко порядочный, воспитанный на Тургеневе и Щедрине, однако же этот человек…держал в руках всю гимназию целых пятнадцать лет. Да что гимназию! Весь город!»
Среди персонажей Чехова много влиятельных лиц: генералы, губернаторы, тайные советники, миллионеры. Но герой, который держит в руках весь город, лишь один – «человек в футляре». Власть страха соприкасается с владычеством ничтожества. Цель этого рассказа А.П. Чехова, как мне кажется, донести до людей сущность страха: «Под влиянием таких людей, как Беликов, за последнее десять-пятнадцать лет в нашем городе стали бояться всего. Бояться громко говорить, посылать письма, знакомиться, читать книги, боятся бедным, учить грамоте».
Раскрытию образа Беликова композиционный прием, к которому часто в своем творчестве прибегает Чехов, – рассказ в рассказе. Охотники, расположившиеся на ночлег в сарае старосты Прокофия, рассказывали разные истории. Один из них, по фамилии Буркин, поведал о жителе своего города, учителе греческого языка Беликове. Чем был примечателен этот человек? Только тем, что «даже в очень хорошую погоду выходил в калошах и с зонтиком и непременно в теплом пальто на вате». К тому же «и зонтик у него был в чехле, и часы в чехле из серой замши, и когда вынимал перочинный нож, чтобы очинить карандаш, то и нож у него был в чехольчике». Лицо его тоже, казалось, было в чехле, так как он все время прятал его в поднятый воротник.
Беликов, по словам рассказчика, носил темные очки, фуфайку, уши закладывал ватой, и когда садился на извозчика, то приказывал поднимать верх. Что это, причуда или образ жизни Беликова, Буркин не поясняет. Однако замечает, что у этого человека было постоянное стремление «окружить себя оболочкой, создать себе, так сказать, футляр», который якобы защищал его от внешнего мира, уединял его.