Знакомый рассказчика Усатов был настолько полон странного вдохновения, что приводил окружающих в ужас. Настолько добр, что всем было скверно. Настолько услужлив, что сокращал долголетие ближних наполовину.
….у него было во всякую минуту столько странного, дикого вдохновения, что это удручало и приводило в ужас всех окружающих…
Усатов всё «знал», всё «умел», как он думал, брался за всё, не давая повода усомниться в своих пока человек, прибегнувший к его услугам, не убеждался в обратном. Перед тем как столкнуться с Усатовым, рассказчик испытывал к нему «чувство благоговейного почтения».
Усатов побрил рассказчика без мыла и воды, попутно порезав щёку, поранив ухо и отрезав ус, после этого предложив ещё постричь маникюрными ножничками, от чего рассказчик предусмотрительно отказался, впоследствии обратившись после бритья к двум докторам.
Узнав о проблеме в настройке пианино в семье рассказчика, Усатов обрадовал его жену предложением его настроить, за что взялся незамедлительно, вооружившись щипцами для сахара. После долгой возни и стука кулаками по пианино также предложил подвинтить и чёрные клавиши, обосновав это тем, что их меньше, чем белых, его это совсем не затруднит и он будет рад оказать такую пустяковую услугу. Для устранения бурной деятельности Усатова пришлось звать настройщика, столяра и полировщика.
После неосмотрительного согласия рассказчика на кипучую попытку Усатова установить электрический звонок на потолок к висячей лампе, автор заслуженно был наказан - лампа оборвалась и упала в тарелку с горячим супом, когда его маленький сын обедал.
«Лучший» специалист по ревматизму Усатов взялся за лечение застарелого ревматизма у болезненного вида старухи. Рассказчик стал непосредственным свидетелем обещания Усатова поднять её на ноги посредством приёма четырёх килограммов порошка цианистого калия, прогулкой по три-четыре версты и впрыскиванием нафталина по вечерам. О результате лечения рассказчик умолчал.
Знакомый рассказчика Усатов был настолько полон странного вдохновения, что приводил окружающих в ужас. Настолько добр, что всем было скверно. Настолько услужлив, что сокращал долголетие ближних наполовину.
….у него было во всякую минуту столько странного, дикого вдохновения, что это удручало и приводило в ужас всех окружающих…
Усатов всё «знал», всё «умел», как он думал, брался за всё, не давая повода усомниться в своих пока человек, прибегнувший к его услугам, не убеждался в обратном. Перед тем как столкнуться с Усатовым, рассказчик испытывал к нему «чувство благоговейного почтения».
Усатов побрил рассказчика без мыла и воды, попутно порезав щёку, поранив ухо и отрезав ус, после этого предложив ещё постричь маникюрными ножничками, от чего рассказчик предусмотрительно отказался, впоследствии обратившись после бритья к двум докторам.
Узнав о проблеме в настройке пианино в семье рассказчика, Усатов обрадовал его жену предложением его настроить, за что взялся незамедлительно, вооружившись щипцами для сахара. После долгой возни и стука кулаками по пианино также предложил подвинтить и чёрные клавиши, обосновав это тем, что их меньше, чем белых, его это совсем не затруднит и он будет рад оказать такую пустяковую услугу. Для устранения бурной деятельности Усатова пришлось звать настройщика, столяра и полировщика.
После неосмотрительного согласия рассказчика на кипучую попытку Усатова установить электрический звонок на потолок к висячей лампе, автор заслуженно был наказан - лампа оборвалась и упала в тарелку с горячим супом, когда его маленький сын обедал.
«Лучший» специалист по ревматизму Усатов взялся за лечение застарелого ревматизма у болезненного вида старухи. Рассказчик стал непосредственным свидетелем обещания Усатова поднять её на ноги посредством приёма четырёх килограммов порошка цианистого калия, прогулкой по три-четыре версты и впрыскиванием нафталина по вечерам. О результате лечения рассказчик умолчал.