В рассказе Левша , был мастер Левша и ему дали задание подковать блоху которую сделали иностранцы и он смог это сделать и все были поражены умением его.
1839 год известен сильными оттепелями. Часовой Постников стоял на посту. Он услышал, что кто-то тонет. Солдат не решался оставить свой пост, ведь это было страшным нарушением Устава и почти преступлением. Он долго мучился, но в конце концов решился и вытащил тонувшего. Тут мимо проезжали сани, в которых сидел офицер. Он стал разбираться, и, поняв что произошло, доставил в караульню (он кстати, от шока видать память потерял). И выдал себя за героя, якобы это он бедолагу.
Офицер, выдавший себя за был награжден медалью» за погибавших». Рядового Постникова было приказано высечь перед строем двумя сотнями розог. Наказанного Постникова на той же шинели, на которой его секли, перенесли в полковой лазарет. Подполковник Свиньин приказал дать наказанному фунт сахару и четверть фунта чаю. Постников потом сказал: «Много доволен, благодарю за отеческую милость». Он и на самом деле был доволен, сидя три дня в карцере, он ожидал гораздо худшего, что мог ему присудить военный суд.
В рассказе Левша , был мастер Левша и ему дали задание подковать блоху которую сделали иностранцы и он смог это сделать и все были поражены умением его.
1839 год известен сильными оттепелями. Часовой Постников стоял на посту. Он услышал, что кто-то тонет. Солдат не решался оставить свой пост, ведь это было страшным нарушением Устава и почти преступлением. Он долго мучился, но в конце концов решился и вытащил тонувшего. Тут мимо проезжали сани, в которых сидел офицер. Он стал разбираться, и, поняв что произошло, доставил в караульню (он кстати, от шока видать память потерял). И выдал себя за героя, якобы это он бедолагу.
Офицер, выдавший себя за был награжден медалью» за погибавших». Рядового Постникова было приказано высечь перед строем двумя сотнями розог. Наказанного Постникова на той же шинели, на которой его секли, перенесли в полковой лазарет. Подполковник Свиньин приказал дать наказанному фунт сахару и четверть фунта чаю.
Постников потом сказал: «Много доволен, благодарю за отеческую милость». Он и на самом деле был доволен, сидя три дня в карцере, он ожидал гораздо худшего, что мог ему присудить военный суд.