ответ:Книжка — дорога, ведущая нас по жизни нам теми познаниями, которые мы из неё узнали. Книжку необходимо рассматривать и читать пристально, как часовщик— часы либо шофёр — машину. Не надо страшиться, что написано не мало книжек, не надо бояться читать много самых различных книжек — они все понадобятся.
Пушкин читал много и потому много знал. Его интересы были очень широки, потому он читал самые различные книжки. И он умел верно читать книжки — серьёзно, пристально.
Гоголь из познаний, приобретенных в книжках, составлял свои словари.
Толстой умел брать из книжек больше, чем в их написано, потому, читая Жюля Верна, он размышлял о тяготении, невесомости...
Книга для Пушкина и для Толстого — предмет для мысли, материал для мысли. Они на ней не останавливаются, она их вроде бы толкает вперёд и далее. И далее от неё уходят
ответ:Книжка — дорога, ведущая нас по жизни нам теми познаниями, которые мы из неё узнали. Книжку необходимо рассматривать и читать пристально, как часовщик— часы либо шофёр — машину. Не надо страшиться, что написано не мало книжек, не надо бояться читать много самых различных книжек — они все понадобятся.
Пушкин читал много и потому много знал. Его интересы были очень широки, потому он читал самые различные книжки. И он умел верно читать книжки — серьёзно, пристально.
Гоголь из познаний, приобретенных в книжках, составлял свои словари.
Толстой умел брать из книжек больше, чем в их написано, потому, читая Жюля Верна, он размышлял о тяготении, невесомости...
Книга для Пушкина и для Толстого — предмет для мысли, материал для мысли. Они на ней не останавливаются, она их вроде бы толкает вперёд и далее. И далее от неё уходят
Объяснение:не за что))