Ночью в тёмном лесу совершается суд над миледи. Она повинна в смерти Бекингэма и обольщённого ею Фельтона. На её совести смерть Констанции и подстрекательство д’Артаньяна к убийству де Варда. Ещё одна — самая первая её жертва — совращённый ею молодой священник, которого она склонила к краже церковной утвари. Осуждённый за это на каторгу, пастырь Божий наложил на себя руки. Его брат, палач из Лилля, поставил целью своей жизни отомстить миледи. Однажды он уже настиг её и заклеймил, но преступница скрылась тогда в замке графа де ла Фер — Атоса и, умолчав о злосчастном вышла за него замуж. Нечаянно обнаружив обман, Атос в ярости совершил над женой самосуд: повесил её на дереве. Судьба дала ей ещё один шанс: графиню де ла Фер и она вернулась к жизни и к своим гнусным делам под именем леди Винтёр. Родив сына, миледи отравила Винтёра и получила богатое наследство; но этого ей было мало, и она мечтала о доле, принадлежащей деверю.
Предъявив ей все перечисленные обвинения, мушкетёры и Винтёр вверяют миледи лилльскому палачу. Атос подаёт ему кошелёк с золотом — плату за тяжкий труд, но тот швыряет золото в реку: «Сегодня я исполняю не своё ремесло, а свой долг». В лунном свете блистает лезвие его широкого меча... Три дня спустя мушкетёры возвращаются в Париж и предстают своему капитану де Тревилю. «Ну что, господа, — спрашивает их храбрый капитан. — Хорошо вы повеселились в отпуске?» — «Бесподобно!» — отвечает за себя и за друзей Атос.
Ночью в тёмном лесу совершается суд над миледи. Она повинна в смерти Бекингэма и обольщённого ею Фельтона. На её совести смерть Констанции и подстрекательство д’Артаньяна к убийству де Варда. Ещё одна — самая первая её жертва — совращённый ею молодой священник, которого она склонила к краже церковной утвари. Осуждённый за это на каторгу, пастырь Божий наложил на себя руки. Его брат, палач из Лилля, поставил целью своей жизни отомстить миледи. Однажды он уже настиг её и заклеймил, но преступница скрылась тогда в замке графа де ла Фер — Атоса и, умолчав о злосчастном вышла за него замуж. Нечаянно обнаружив обман, Атос в ярости совершил над женой самосуд: повесил её на дереве. Судьба дала ей ещё один шанс: графиню де ла Фер и она вернулась к жизни и к своим гнусным делам под именем леди Винтёр. Родив сына, миледи отравила Винтёра и получила богатое наследство; но этого ей было мало, и она мечтала о доле, принадлежащей деверю.
Предъявив ей все перечисленные обвинения, мушкетёры и Винтёр вверяют миледи лилльскому палачу. Атос подаёт ему кошелёк с золотом — плату за тяжкий труд, но тот швыряет золото в реку: «Сегодня я исполняю не своё ремесло, а свой долг». В лунном свете блистает лезвие его широкого меча... Три дня спустя мушкетёры возвращаются в Париж и предстают своему капитану де Тревилю. «Ну что, господа, — спрашивает их храбрый капитан. — Хорошо вы повеселились в отпуске?» — «Бесподобно!» — отвечает за себя и за друзей Атос.