Итак, литература начала ХХI века живет по закону «рубежа веков», а это всегда связано с «усталостью» прежних методов, зарождением новых течений и направлений, поиском новых жанров, новых героев, экспериментами в языке. Вспомните рубеж ХVIII-ХIХ веков, рубеж Х IХ – ХХ веков. Везде шла борьба старого и нового. В первом случае на смену классицизму приходил сентиментализм и романтизм. Во втором случае на смену социалистическому реализму пришел постмодернизм. На рубеже веков всегда у писателей возникает ощущение трагического противоречия действительности. Читатели не могут однозначно принять новые произведения, говорят о «конце литературы», о «о тупике» , о «чистых экспериментах». В этом упрекали Карамзина за его «Бедную Лизу». А он этой повестью прокладывал новый путь в литературе. В этом обвиняли футуристов и имажинистов. А они искали новый язык. А уже о постмодернизме и говорить нечего. Его обвиняют в гибели литературы
Итак, литература начала ХХI века живет по закону «рубежа веков», а это всегда связано с «усталостью» прежних методов, зарождением новых течений и направлений, поиском новых жанров, новых героев, экспериментами в языке. Вспомните рубеж ХVIII-ХIХ веков, рубеж Х IХ – ХХ веков. Везде шла борьба старого и нового. В первом случае на смену классицизму приходил сентиментализм и романтизм. Во втором случае на смену социалистическому реализму пришел постмодернизм. На рубеже веков всегда у писателей возникает ощущение трагического противоречия действительности. Читатели не могут однозначно принять новые произведения, говорят о «конце литературы», о «о тупике» , о «чистых экспериментах». В этом упрекали Карамзина за его «Бедную Лизу». А он этой повестью прокладывал новый путь в литературе. В этом обвиняли футуристов и имажинистов. А они искали новый язык. А уже о постмодернизме и говорить нечего. Его обвиняют в гибели литературы