У нас в Ненашкине год немецкие самолеты повадились пролетать, два раза бомбы спускали, убили телку Дуни Балыгиной. Так с тех пор как загудят антихристы, так петухи рысью бегут под стрехи, хоронятся.
- Зверь и тот его ненавидит! - сказал человек с фонариком. - Шерсть на собаках дыбом становится, как заслышат они ихний лет. Вот до чего ненавидят.
- Буде врать-то! - сказала проводница. - Отколь пес разбирает, какой летит: ихний или наш.
- А ты его с отколь он знает, - ответил хриплый голос. - У тебя одно занятие - никому нипочем не верить. Билеты по десять минут в руках вертишь. Все тебе метится, что они фальшивые.
- Пес все может определить, - сказал примирительно боец. - У ихних самолетов гул специальный. С подвывом.
ответ
У нас в Ненашкине год немецкие самолеты повадились пролетать, два раза бомбы спускали, убили телку Дуни Балыгиной. Так с тех пор как загудят антихристы, так петухи рысью бегут под стрехи, хоронятся.
- Зверь и тот его ненавидит! - сказал человек с фонариком. - Шерсть на собаках дыбом становится, как заслышат они ихний лет. Вот до чего ненавидят.
- Буде врать-то! - сказала проводница. - Отколь пес разбирает, какой летит: ихний или наш.
- А ты его с отколь он знает, - ответил хриплый голос. - У тебя одно занятие - никому нипочем не верить. Билеты по десять минут в руках вертишь. Все тебе метится, что они фальшивые.
- Пес все может определить, - сказал примирительно боец. - У ихних самолетов гул специальный. С подвывом.
- Сам ты с подвывом! - огрызнулась проводница.