Действительно, красота привлекает каждого из нас, она притягивает к себе, заставляя думать о том, что ты по-настоящему любишь. Но это чувство обманчиво, оно сбивает с толку, поскольку влечение к красоте – это самая низшая из форм проявления любви. А её высшая форма – это духовное стремление к единству, нравственный и интеллектуальный порыв. Именно поэтому истинно полюбить можно только душу. За доказательством этих слов обратимся к нетленным страницам гениальных произведений мировой литературы. В замечательном диалоге Платона «Пир» любовь является предметом рассмотрения действующих лиц, каждый из которых по очереди высказывает своё мнение на этот счёт. И когда свою речь начинает Павсаний, один из главных героев повествования, к нему в тот же миг приковываются взгляды. Он говорит о том, что низок тот человек, которому внешность туманит разум и который считает, что влечение к красоте внешней – это нечто великое. Ведь стоит только постареть, стремление и пропадёт. А настоящая любовь, которая никогда не зависит от категорий внешности, вечна и божественна. Она исходит от души, от высоких нравственных достоинств. С этим соглашается и Сократ, добавляя лишь то, что настоящая любовь – это стремление к подлинно прекрасному и бессмертному. И эти слова, произнесённые гением, другие герои воспринимают положительно, и это последнее слово становится в глазах людей абсолютной истиной. До каждого доходит мысль о том, что настоящая любовь – это любовь к душе другого. Мне кажется, своё утверждение Уильям Шекспир проиллюстрировал в трагедии «Ромео и Джульетта». Девушка и юноша из враждующих кланов объединены сильными чувствами и доказывают прочность своих намерений. Автор создаёт поистине фундаментальный образ духовной любви. Пример главных героев – это не пример каких-то воздушных, лёгких отношений, это, можно сказать, настоящий символ платонической любви, основанной на красоте духовных отношений. Встреча на балу, простые взгляды перерастают в светлые чувства, которым, правда, не удалось оформиться в полноценное слияние душ. Их разделяют друг с другом, но позже, когда появляется надежда на счастье, стечение обстоятельств всё же разрушает её, навсегда закрывая возможность их полноценного объединения. Он принимает яд, она вонзает в себя кинжал. И это – акт духовной любви. Итак, я совершенно согласен с высказыванием У. Шекспира. Мы можем стремиться к внешней эстетике, но это не будет примером настоящих чувств. Настоящая любовь – это духовная привязанность.
Действительно, красота привлекает каждого из нас, она притягивает к себе, заставляя думать о том, что ты по-настоящему любишь. Но это чувство обманчиво, оно сбивает с толку, поскольку влечение к красоте – это самая низшая из форм проявления любви. А её высшая форма – это духовное стремление к единству, нравственный и интеллектуальный порыв. Именно поэтому истинно полюбить можно только душу. За доказательством этих слов обратимся к нетленным страницам гениальных произведений мировой литературы. В замечательном диалоге Платона «Пир» любовь является предметом рассмотрения действующих лиц, каждый из которых по очереди высказывает своё мнение на этот счёт. И когда свою речь начинает Павсаний, один из главных героев повествования, к нему в тот же миг приковываются взгляды. Он говорит о том, что низок тот человек, которому внешность туманит разум и который считает, что влечение к красоте внешней – это нечто великое. Ведь стоит только постареть, стремление и пропадёт. А настоящая любовь, которая никогда не зависит от категорий внешности, вечна и божественна. Она исходит от души, от высоких нравственных достоинств. С этим соглашается и Сократ, добавляя лишь то, что настоящая любовь – это стремление к подлинно прекрасному и бессмертному. И эти слова, произнесённые гением, другие герои воспринимают положительно, и это последнее слово становится в глазах людей абсолютной истиной. До каждого доходит мысль о том, что настоящая любовь – это любовь к душе другого. Мне кажется, своё утверждение Уильям Шекспир проиллюстрировал в трагедии «Ромео и Джульетта». Девушка и юноша из враждующих кланов объединены сильными чувствами и доказывают прочность своих намерений. Автор создаёт поистине фундаментальный образ духовной любви. Пример главных героев – это не пример каких-то воздушных, лёгких отношений, это, можно сказать, настоящий символ платонической любви, основанной на красоте духовных отношений. Встреча на балу, простые взгляды перерастают в светлые чувства, которым, правда, не удалось оформиться в полноценное слияние душ. Их разделяют друг с другом, но позже, когда появляется надежда на счастье, стечение обстоятельств всё же разрушает её, навсегда закрывая возможность их полноценного объединения. Он принимает яд, она вонзает в себя кинжал. И это – акт духовной любви. Итак, я совершенно согласен с высказыванием У. Шекспира. Мы можем стремиться к внешней эстетике, но это не будет примером настоящих чувств. Настоящая любовь – это духовная привязанность.