Существует несколько переводов известной Гете, причем известной у нас в России она стала как раз благодаря переводу Василия Андреевича Жуковского.
В чем отличие двух этих произведений (их действительно можно считать отдельными произведениями, так как перевод Жуковского стал чем-то самостоятельным)?
У Гете прежде всего ребенок в начале стихотворения не дрожит и не испуган -- ему спокойно у отца на руках.
В нем появляется страх именно при виде Лесного царя. А у Жуковского ребенок сразу объят дрожью, он тяжело болен, и у читателя создается впечатление, что Лесной царь -- это просто бред больного мальчика.
О возрасте отца у Гете не сказано ничего, и Лесной царь описан просто как фантастическое существо с хвостом.
А у Жуковского он -- с бородой, про хвост ничего не говорится, царь -- это страшный старик. И отец ребенка тоже старик. Весь сюжет Гете говорит о том, что Лесной царь существует. Это именно он забирает мальчика в свое царство, оттого ребенок и гибнет. А у Жуковского описана смерть ребенка от болезни, его предсмертный бред.
Существует несколько переводов известной Гете, причем известной у нас в России она стала как раз благодаря переводу Василия Андреевича Жуковского.
В чем отличие двух этих произведений (их действительно можно считать отдельными произведениями, так как перевод Жуковского стал чем-то самостоятельным)?
У Гете прежде всего ребенок в начале стихотворения не дрожит и не испуган -- ему спокойно у отца на руках.
В нем появляется страх именно при виде Лесного царя. А у Жуковского ребенок сразу объят дрожью, он тяжело болен, и у читателя создается впечатление, что Лесной царь -- это просто бред больного мальчика.
О возрасте отца у Гете не сказано ничего, и Лесной царь описан просто как фантастическое существо с хвостом.
А у Жуковского он -- с бородой, про хвост ничего не говорится, царь -- это страшный старик. И отец ребенка тоже старик. Весь сюжет Гете говорит о том, что Лесной царь существует. Это именно он забирает мальчика в свое царство, оттого ребенок и гибнет. А у Жуковского описана смерть ребенка от болезни, его предсмертный бред.