В нашей стране установлен памятник литературному герою А. Т. Твардовского — бойцу Василию Теркину. Мне кажется, что данный герой заслужил эту честь по праву. Вместе с тем памятник, можно считать, поставлен всем тем, кто любил свою страну и не жалел в годы Великой Отечественной войны своей крови и ценой жизни приближал победу. В библиотеке, куда я пришел, чтобы взять поэму, мне досталось очень интересное издание: вместе с текстом были помещены письма читателей “Василия Теркина” с 1942 по 1970 год и ответ читателям “Как был написан "Василий Теркин"”. И я понял, что поэма Твардовского была действительно народной, вернее солдатской, поэмой. По воспоминаниям Солженицына, солдаты его батареи из многих книг предпочитали больше всего ее да “Войну и мир” Толстого. Я же хочу остановиться, прежде всего, на том, что мне лично больше всего нравится в поэме и ее герое. А больше всего мне нравится в произведении Александра Трифоновича язык — легкий, образный, народный. Стихи его запоминаются сами. По душе необычность книги, то, что она как бы без начала и конца. Словно ты вновь встретился со старым другом, которого тебе представлять не надо, а потом расстался с ним. Что же, это жизнь... И то, что автор предлагает:
Вместе с тем памятник, можно считать, поставлен всем тем, кто любил свою страну и не жалел в годы Великой Отечественной войны своей крови и ценой жизни приближал победу.
В библиотеке, куда я пришел, чтобы взять поэму, мне досталось очень интересное издание: вместе с текстом были помещены письма читателей “Василия Теркина” с 1942 по 1970 год и ответ читателям “Как был написан "Василий Теркин"”. И я понял, что поэма Твардовского была действительно народной, вернее солдатской, поэмой. По воспоминаниям Солженицына, солдаты его батареи из многих книг предпочитали больше всего ее да “Войну и мир” Толстого.
Я же хочу остановиться, прежде всего, на том, что мне лично больше всего нравится в поэме и ее герое.
А больше всего мне нравится в произведении Александра Трифоновича язык — легкий, образный, народный. Стихи его запоминаются сами. По душе необычность книги, то, что она как бы без начала и конца. Словно ты вновь встретился со старым другом, которого тебе представлять не надо, а потом расстался с ним. Что же, это жизнь... И то, что автор предлагает: