Композиция романа М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» такова, что в первой главе мы узнаем о Печорине только со слов Максим Максимыча — пожилого офицера, много лет на Кавказе. Во второй главе, которая так и называется — «Максим Максимыч», мы видим Печорина глазами автора, от чьего лица ведется повествование. Встреча героев происходит случайно: во время ожидания в гостинице Максим Максимым узнает, что хозяин щегольской коляски и избалованного лакея не кто иной, как Печорин. Они не могут встретиться сразу: Печорин уже ушел ужинать и ночевать к полковнику. По лакея передать Печорину, что Максим Максимыч здесь и ожидает его, старик уверен, что Печорин «сейчас прибежит». Ждать ему приходится до завтрашнего утра. С приема тайной психологии автор раскрывает читателю душевное состояние штабс-капитана, через внешние проявления и через поступки рисуя его внутренние переживания. Максим Максимыч стремится не показать случайному попутчику свое разочарование и обиду, но он напряженно ждет, и драматизм этого ожидания нарастает: он до позднего
Композиция романа М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени» такова, что в первой главе мы узнаем о Печорине только со слов Максим Максимыча — пожилого офицера, много лет на Кавказе. Во второй главе, которая так и называется — «Максим Максимыч», мы видим Печорина глазами автора, от чьего лица ведется повествование. Встреча героев происходит случайно: во время ожидания в гостинице Максим Максимым узнает, что хозяин щегольской коляски и избалованного лакея не кто иной, как Печорин. Они не могут встретиться сразу: Печорин уже ушел ужинать и ночевать к полковнику. По лакея передать Печорину, что Максим Максимыч здесь и ожидает его, старик уверен, что Печорин «сейчас прибежит». Ждать ему приходится до завтрашнего утра. С приема тайной психологии автор раскрывает читателю душевное состояние штабс-капитана, через внешние проявления и через поступки рисуя его внутренние переживания. Максим Максимыч стремится не показать случайному попутчику свое разочарование и обиду, но он напряженно ждет, и драматизм этого ожидания нарастает: он до позднего