И дни ходит Марко, и ночи в лесу над рекою Дунаем, всё ищет, всё стонет: «Где фея?»
Но волны смеются: «Не знаем».
Но он закричал им: «Вы лжёте! Вы сами играете с нею!»
«Искать друзей в будущем — удел одиночества», — сказал Кульков.
«Приехали...» — вяло подумал Литовченко.
«Какое число у нас сегодня?» — воскликнул он вдруг, не обращаясь ни к кому.
«Узнала!» — подумал он
Он произнёс: «Мне что-то нездоровится сегодня», — и умолк;
И только когда он шептал: «Мама! Мама!» — ему становилось как будто легче.
На вопрос мой: «Жив ли старый смотритель?» — никто не мог дать мне удовлетворительного ответа.
И дни ходит Марко, и ночи в лесу над рекою Дунаем, всё ищет, всё стонет: «Где фея?»
Но волны смеются: «Не знаем».
Но он закричал им: «Вы лжёте! Вы сами играете с нею!»
«Искать друзей в будущем — удел одиночества», — сказал Кульков.
«Приехали...» — вяло подумал Литовченко.
«Какое число у нас сегодня?» — воскликнул он вдруг, не обращаясь ни к кому.
«Узнала!» — подумал он
Он произнёс: «Мне что-то нездоровится сегодня», — и умолк;
И только когда он шептал: «Мама! Мама!» — ему становилось как будто легче.
На вопрос мой: «Жив ли старый смотритель?» — никто не мог дать мне удовлетворительного ответа.