Роман «Доктор Живаго» написан от лица того, кто не выбирал чью-то сторону, кто был воспитан высокообразованными людьми, кто интеллигентен по своей сути и не может выносить жестокости и убийств. Юрий Андреевич Живаго квалифицированный врач, пишет превосходные стихи и, кроме того, воспитывался укладом жизни века – отсюда и обилие цитат из русской классической литературы. Он не трус, не отщепенец, не предатель, он гуманист и лирик. Революция становится его трагедией, так как он теряется и не понимает, как можно жить в мире, где людей убивают просто так или за то, что они иного сословия. Символом революции в «Докторе Живаго» стала метель – непредсказуемое движение снежинок, завывания ветра и пронизывающий холод.
Живаго говорит о революции так: «свобода по нечаянности, по недоразумению». Выходит, что к власти пришли люди, которые не готовы были править. Им не хватало образования, ума, опыта, рассудительности и в какой-то мере терпения, чтобы реализовать ту роль, которую они самостоятельно выбрали. А люди образованные просто морально не смогли собраться, они «отшатнулись от искажений и извращений идеи, а не от самой идеи». Рабочие просто громили все, особо не раздумывая, а образованная интеллигенция слишком долго думала, когда нужно было просто делать.
В противопоставление Живаго автор вводит Павла Антипова (который затем берет фамилию Стрельников). Стрельников жесток, прямолинеен, желает быть лидером. Он в пылу убеждений готов отказаться от семьи и детей, но в итоге понимает свою ничтожность и кончает жизнь самоубийством. Пастернак на его примере показывает, как развращает иллюзия власти, которую легко заполучить в тумане революционной смуты.
Две жены Юрия Живаго – символы с одной стороны его взглядом, меняющихся со временем, а с другой стороны они представляют образ России. Антонина была ему и женой и другом, она поддерживала его во всем и главной для нее была семья – Юрий и Тоня были идеальной парой. Антонина – Россия до войны и революций, Россия мирная, где семейные ценности превыше всего. Затем встреча с Ларой, которая была его пылкой первой любовью. Лара пробуждает в нем страсть, желание – она Россия в пылу революции. И на могиле Живаго Лара говорит с ним, как с живым – символическое торжество любви над смертью, к которому Пастернак не раз возвращается на страницах романа.
С середины романа читатель вместе с доктором приходят к выводу, что не вся интеллигенция оказалась не готова к революции. Высшая культурная каста раскололась на тех, кто ждал революцию и не плохо устроился при новой власти, и тех, кто не нашел себе места. Интеллигенция, представителем которой являлся Живаго, умирала от «отсутствия воздуха», а интеллигенция доморощенная, заурядная осталась довольна тем, что появилась возможность пройти «в верха» без труда. В итоге вместе с потомственными, истинными интеллигентами умирала культура огромной империи.
Роман «Доктор Живаго» написан от лица того, кто не выбирал чью-то сторону, кто был воспитан высокообразованными людьми, кто интеллигентен по своей сути и не может выносить жестокости и убийств. Юрий Андреевич Живаго квалифицированный врач, пишет превосходные стихи и, кроме того, воспитывался укладом жизни века – отсюда и обилие цитат из русской классической литературы. Он не трус, не отщепенец, не предатель, он гуманист и лирик. Революция становится его трагедией, так как он теряется и не понимает, как можно жить в мире, где людей убивают просто так или за то, что они иного сословия. Символом революции в «Докторе Живаго» стала метель – непредсказуемое движение снежинок, завывания ветра и пронизывающий холод.
Живаго говорит о революции так: «свобода по нечаянности, по недоразумению». Выходит, что к власти пришли люди, которые не готовы были править. Им не хватало образования, ума, опыта, рассудительности и в какой-то мере терпения, чтобы реализовать ту роль, которую они самостоятельно выбрали. А люди образованные просто морально не смогли собраться, они «отшатнулись от искажений и извращений идеи, а не от самой идеи». Рабочие просто громили все, особо не раздумывая, а образованная интеллигенция слишком долго думала, когда нужно было просто делать.
В противопоставление Живаго автор вводит Павла Антипова (который затем берет фамилию Стрельников). Стрельников жесток, прямолинеен, желает быть лидером. Он в пылу убеждений готов отказаться от семьи и детей, но в итоге понимает свою ничтожность и кончает жизнь самоубийством. Пастернак на его примере показывает, как развращает иллюзия власти, которую легко заполучить в тумане революционной смуты.
Две жены Юрия Живаго – символы с одной стороны его взглядом, меняющихся со временем, а с другой стороны они представляют образ России. Антонина была ему и женой и другом, она поддерживала его во всем и главной для нее была семья – Юрий и Тоня были идеальной парой. Антонина – Россия до войны и революций, Россия мирная, где семейные ценности превыше всего. Затем встреча с Ларой, которая была его пылкой первой любовью. Лара пробуждает в нем страсть, желание – она Россия в пылу революции. И на могиле Живаго Лара говорит с ним, как с живым – символическое торжество любви над смертью, к которому Пастернак не раз возвращается на страницах романа.
С середины романа читатель вместе с доктором приходят к выводу, что не вся интеллигенция оказалась не готова к революции. Высшая культурная каста раскололась на тех, кто ждал революцию и не плохо устроился при новой власти, и тех, кто не нашел себе места. Интеллигенция, представителем которой являлся Живаго, умирала от «отсутствия воздуха», а интеллигенция доморощенная, заурядная осталась довольна тем, что появилась возможность пройти «в верха» без труда. В итоге вместе с потомственными, истинными интеллигентами умирала культура огромной империи.