В рассказе "Косцы", написанном уже в эмиграции, в 1921 году, возникает идеализированный образ страны, которая была когда-то, но которой больше никогда не будет. Всю свою огромную любовь к родине отражает Бунин в этом произведении. В начале рассказа изображается удивительно поэтичная картина русской природы: "Кругом нас были поля, глушь серединной, исконной России. Было предвечернее время июньского дня. Старая большая дорога, заросшая кудрявой муравой, изрезанная заглохшими колеями, следами давней жизни наших отцов и дедов, уходила перед нами в бесконечную русскую даль… Казалось, что нет да и никогда и не было ни времени, ни деления его на века, на годы в этой забытой - или благословенной - Богом стране". Читатель находит в этом описании все атрибуты дореволюционной России: дорога - один из излюбленных символов страны, напоминание о предках, о связи поколений, потеря представлений о времени. И дальше идет описание косцов, поющих песню, в которой было "несознаваемое, но кровное родство" с родной землей. Красивые, сильные, здоровые, беззаботные крестьяне работают охотно и дружно, радуясь своей работе и песней выражая эту радость. Песня вызывает восхищение у тех, кто ее слушает: "Прелесть была в том, что все мы были дети своей родины и были все вместе и всем нам было хорошо, спокойно и любовно… И еще в том была (уже совсем не сознаваемая нами тогда) прелесть, что эта родина, этот наш общий дом была - Россия, и что только ее душа могла петь так, как пели косцы в этом откликающемся на каждый их вздох березовом лесу". Эта прекрасная лирическая зарисовка могла бы вызвать у читателей только самые хорошие чувства, если бы не фраза, предваряющая повествование: "Это было давно, это было бесконечно давно, потому что та жизнь, которой все мы жили в то время, не вернется уже вовеки".
В рассказе "Косцы", написанном уже в эмиграции, в 1921 году, возникает идеализированный образ страны, которая была когда-то, но которой больше никогда не будет. Всю свою огромную любовь к родине отражает Бунин в этом произведении. В начале рассказа изображается удивительно поэтичная картина русской природы: "Кругом нас были поля, глушь серединной, исконной России. Было предвечернее время июньского дня. Старая большая дорога, заросшая кудрявой муравой, изрезанная заглохшими колеями, следами давней жизни наших отцов и дедов, уходила перед нами в бесконечную русскую даль… Казалось, что нет да и никогда и не было ни времени, ни деления его на века, на годы в этой забытой - или благословенной - Богом стране". Читатель находит в этом описании все атрибуты дореволюционной России: дорога - один из излюбленных символов страны, напоминание о предках, о связи поколений, потеря представлений о времени. И дальше идет описание косцов, поющих песню, в которой было "несознаваемое, но кровное родство" с родной землей. Красивые, сильные, здоровые, беззаботные крестьяне работают охотно и дружно, радуясь своей работе и песней выражая эту радость. Песня вызывает восхищение у тех, кто ее слушает: "Прелесть была в том, что все мы были дети своей родины и были все вместе и всем нам было хорошо, спокойно и любовно… И еще в том была (уже совсем не сознаваемая нами тогда) прелесть, что эта родина, этот наш общий дом была - Россия, и что только ее душа могла петь так, как пели косцы в этом откликающемся на каждый их вздох березовом лесу". Эта прекрасная лирическая зарисовка могла бы вызвать у читателей только самые хорошие чувства, если бы не фраза, предваряющая повествование: "Это было давно, это было бесконечно давно, потому что та жизнь, которой все мы жили в то время, не вернется уже вовеки".
Объяснение: