Он лежал на диване навзничь, еще остолбенелый от недавнего забытья. С замиранием сердца и нервною дрожью подошел он к преогромнейшему дому, выходившему одною стеной на канаву, а другою в — ю улицу. Здесь загородили ему дорогу отставные солдаты-носильщики, выносившие из одной квартиры мебель.
Он лежал на диване навзничь, еще остолбенелый от недавнего забытья. С замиранием сердца и нервною дрожью подошел он к преогромнейшему дому, выходившему одною стеной на канаву, а другою в — ю улицу. Здесь загородили ему дорогу отставные солдаты-носильщики, выносившие из одной квартиры мебель.