в финале романа это уже новый базаров, познавший сомнения, мучительно с
тарающийся сохранить свою теорию. базаров поставлен перед необходимостью
познать самого себя и мир. тургеневу важно показать, заставит ли это изменится
базарова.
величие базарова тургенев показал во время его болезни, перед лицом смерти.
в речи умирающего боль от сознания близкого неминуемого конца. каждая реплика, обращенная к одинцовой, — сгусток духовных страданий: “вы посмотрите, что за безобразное зрелище: червяк полураздавленный” а еще топорщится. и ведь тоже думал: обломаю дел много, не умру, куда! есть, ведь я гигант! . я нужен россии.. нет, видно, не нужен. да и кто нужен? ” зная, что умрет, он утешает родителей, проявляет чуткость к матери, скрывая от нее грозящую ему опасность, обращается с предсмертной просьбой к одинцовой — позаботиться о стариках: “ведь таких людей, как они, в вашем большом свете днем с огнем не ”
мужество и стойкость его материалистических и атеистических взглядов проявились
в отказе от исповеди, когда он, уступая мольбам родителей, согласился принять причастие, но только в бессознательном состоянии, когда человек не отвечает за
свои поступки. писарев отмечал, что перед лицом смерти “базаров становится лучше, человечнее, что является доказательством цельности, полноты и естественного богатства натуры”. не успевший реализовать себя в жизни, базаров только перед
лицом смерти избавляется от своей нетерпимости и впервые по-настоящему ощущает, что реальная жизнь гораздо шире и многообразней его представлений о ней.
смерть базарову дала право быть таким, каким, возможно, он был всегда – сомневающимся, не боящимся быть слабым, возвышенным, умеющим любить… неповторимость базарова заключается в том, что через весь роман он пройдет во многом не таким человеком и тем обречет себя на единственную возможную, роковую, трагическую – базаровскую – судьбу.
в этом заключается главный смысл финала. об этом же писал сам тургенев:
“мне мечталась фигура сумрачная, дикая, большая, до половины выросшая из почвы, сильная, злобная, честная — все-таки обреченная на гибель, — потому что она все-таки стоит еще в преддверии будущего”.
ответ:
в финале романа это уже новый базаров, познавший сомнения, мучительно с
тарающийся сохранить свою теорию. базаров поставлен перед необходимостью
познать самого себя и мир. тургеневу важно показать, заставит ли это изменится
базарова.
величие базарова тургенев показал во время его болезни, перед лицом смерти.
в речи умирающего боль от сознания близкого неминуемого конца. каждая реплика, обращенная к одинцовой, — сгусток духовных страданий: “вы посмотрите, что за безобразное зрелище: червяк полураздавленный” а еще топорщится. и ведь тоже думал: обломаю дел много, не умру, куда! есть, ведь я гигант! . я нужен россии.. нет, видно, не нужен. да и кто нужен? ” зная, что умрет, он утешает родителей, проявляет чуткость к матери, скрывая от нее грозящую ему опасность, обращается с предсмертной просьбой к одинцовой — позаботиться о стариках: “ведь таких людей, как они, в вашем большом свете днем с огнем не ”
мужество и стойкость его материалистических и атеистических взглядов проявились
в отказе от исповеди, когда он, уступая мольбам родителей, согласился принять причастие, но только в бессознательном состоянии, когда человек не отвечает за
свои поступки. писарев отмечал, что перед лицом смерти “базаров становится лучше, человечнее, что является доказательством цельности, полноты и естественного богатства натуры”. не успевший реализовать себя в жизни, базаров только перед
лицом смерти избавляется от своей нетерпимости и впервые по-настоящему ощущает, что реальная жизнь гораздо шире и многообразней его представлений о ней.
смерть базарову дала право быть таким, каким, возможно, он был всегда – сомневающимся, не боящимся быть слабым, возвышенным, умеющим любить… неповторимость базарова заключается в том, что через весь роман он пройдет во многом не таким человеком и тем обречет себя на единственную возможную, роковую, трагическую – базаровскую – судьбу.
в этом заключается главный смысл финала. об этом же писал сам тургенев:
“мне мечталась фигура сумрачная, дикая, большая, до половины выросшая из почвы, сильная, злобная, честная — все-таки обреченная на гибель, — потому что она все-таки стоит еще в преддверии будущего”.