«капитанская дочка» — прежде всего художественное произведение, но фантазия художника не исказила правды. в окружении вымышленных героев и событий ярче вырисовывается неоднозначная и противоречивая фигура пугачева. и особенно ярко его образ предстает перед нами, когда мы видим его глазами молодого героя романа — петра гринева.
впервые пугачева мы встречаем во второй главе. и уже это первое знакомство говорит о сложности и противоречивости его характера. попавший в буран гринев натыкается «то ли на волка, то ли на человека». это сравнение с хищным зверем символично: появившийся герой — «вожак разбойничьей стаи». всего несколько слов, произнесенных незнакомцем, успокаивают гринева, и он засыпает, «убаюканный пением бури и качкою тихой езды». сон, который видит герой, в иносказательной форме раскрывает дальнейшее развитие сюжета и говорит о неизгладимом впечатлении, произведенном на гринева вожатым. героя поразило в нем сочетание несочетаемого: «страшный мужик», наполнивший комнату мертвыми телами, «ласково меня кликал, говоря: «не бойсь, подойди под мое благословение.».
ответ:
«капитанская дочка» — прежде всего художественное произведение, но фантазия художника не исказила правды. в окружении вымышленных героев и событий ярче вырисовывается неоднозначная и противоречивая фигура пугачева. и особенно ярко его образ предстает перед нами, когда мы видим его глазами молодого героя романа — петра гринева.
впервые пугачева мы встречаем во второй главе. и уже это первое знакомство говорит о сложности и противоречивости его характера. попавший в буран гринев натыкается «то ли на волка, то ли на человека». это сравнение с хищным зверем символично: появившийся герой — «вожак разбойничьей стаи». всего несколько слов, произнесенных незнакомцем, успокаивают гринева, и он засыпает, «убаюканный пением бури и качкою тихой езды». сон, который видит герой, в иносказательной форме раскрывает дальнейшее развитие сюжета и говорит о неизгладимом впечатлении, произведенном на гринева вожатым. героя поразило в нем сочетание несочетаемого: «страшный мужик», наполнивший комнату мертвыми телами, «ласково меня кликал, говоря: «не бойсь, подойди под мое благословение.».