Военная революция или революция в военном деле — радикальное изменение в государственном управлении в связи со значительными изменениями в стратегии и тактике военного дела. Эту концепцию предложил Майкл Робертс в 1950-х годах. Изучая Швецию 1560—1660-х годов, он занялся поиском основополагающих изменений в европейском методе ведения войн, которые были вызваны внедрением огнестрельного оружия. М. Робертс связал военные технологии со значительно более обширными историческими последствиями. По его мнению, инновации в тактике, обучении войск и в военной доктрине, осуществленные голландцами и шведами в 1560—1660-х годах, увеличили эффективность огнестрельного оружия и создали необходимость в лучше тренированных войсках и, стало быть, в постоянных армиях. Эти изменения, в свою очередь, имели значительные политические последствия: необходим был иной уровень администрирования для поддержки и снабжения армии средствами, людьми и провиантом, кроме того, необходимы были финансы и создание новых управляющих институтов. «Так, — объясняет Робертс, — современное военное искусство сделало возможным — и необходимым — создание современного государства»[1].
Концепцию развил Джеффри Паркер, прибавив к уже имевшимся проявлениям военной революции артиллерийские форты противостоять новой осадной артиллерии, рост испанской армии и такие военно-морские инновации как линейные корабли, дающие бортовой залп. Дж. Паркер также подчеркнул общемировое значение этого явления, связав военную революцию в Европе с восхождением Запада к мировому господству. Некоторые историки (среди них Майкл Даффи) нашли эту концепцию преувеличенной и вводящей в заблуждение.
Вродибы ето
Военная революция или революция в военном деле — радикальное изменение в государственном управлении в связи со значительными изменениями в стратегии и тактике военного дела. Эту концепцию предложил Майкл Робертс в 1950-х годах. Изучая Швецию 1560—1660-х годов, он занялся поиском основополагающих изменений в европейском методе ведения войн, которые были вызваны внедрением огнестрельного оружия. М. Робертс связал военные технологии со значительно более обширными историческими последствиями. По его мнению, инновации в тактике, обучении войск и в военной доктрине, осуществленные голландцами и шведами в 1560—1660-х годах, увеличили эффективность огнестрельного оружия и создали необходимость в лучше тренированных войсках и, стало быть, в постоянных армиях. Эти изменения, в свою очередь, имели значительные политические последствия: необходим был иной уровень администрирования для поддержки и снабжения армии средствами, людьми и провиантом, кроме того, необходимы были финансы и создание новых управляющих институтов. «Так, — объясняет Робертс, — современное военное искусство сделало возможным — и необходимым — создание современного государства»[1].
Концепцию развил Джеффри Паркер, прибавив к уже имевшимся проявлениям военной революции артиллерийские форты противостоять новой осадной артиллерии, рост испанской армии и такие военно-морские инновации как линейные корабли, дающие бортовой залп. Дж. Паркер также подчеркнул общемировое значение этого явления, связав военную революцию в Европе с восхождением Запада к мировому господству. Некоторые историки (среди них Майкл Даффи) нашли эту концепцию преувеличенной и вводящей в заблуждение.