В походе викинг привычно просыпался на корабле, заплетал волосы на голове и бороду в косички и приступал к веслам под команды конунга. С собой везли засушенное мясо, иногда живой скот для пропитания. На носу корабля обычно возвышалась резная деревянная фигура дракона, чтобы напугать противников еще с моря.
Викинги с налету, не давая опомниться местным жителям, захватывали прибрежные деревни, жгли и грабили их. Часть норманнов затем возвращалась в Скандинавию с богатой добычей: заметную долю общих трофеев сдавали конунгу, а тот строил на эти средства родовой замок. Все богатые норманны имели в Скандинавии такие родовые крепости, хорошо защищенные от нападений с моря. Не иностранцев опасались знатные варяги, а своих же собратьев – лихих конунгов.
В походе викинг привычно просыпался на корабле, заплетал волосы на голове и бороду в косички и приступал к веслам под команды конунга. С собой везли засушенное мясо, иногда живой скот для пропитания. На носу корабля обычно возвышалась резная деревянная фигура дракона, чтобы напугать противников еще с моря.
Викинги с налету, не давая опомниться местным жителям, захватывали прибрежные деревни, жгли и грабили их. Часть норманнов затем возвращалась в Скандинавию с богатой добычей: заметную долю общих трофеев сдавали конунгу, а тот строил на эти средства родовой замок. Все богатые норманны имели в Скандинавии такие родовые крепости, хорошо защищенные от нападений с моря. Не иностранцев опасались знатные варяги, а своих же собратьев – лихих конунгов.