индустриализацию — постоянно нарастающее использование машин в производстве, начало которому положил промышленный переворот в Англии во второй половине XVIII в.;
урбанизацию — небывалый рост городов; город впервые в истории получает экономическое преобладание, оттесняя на второй план деревню;
демократизацию политических структур, закладывающую предпосылки для становления гражданского общества и правового государства. Принципиально другим становится отношение к государственной власти: она лишается в глазах людей Божественной санкции, ее воспринимают рационально, о ней судят по результатам более или менее удачных действий тех, кому общество вручило бразды правления. Не случайно эпоха модернизации — это эпоха революций, сознательных попыток насильственным путем переустроить мир.
просвещение — невероятно быстрый по сравнению с эпохами рост знаний о природе и обществе, а также секуляризацию — освобождение духовной и социальной жизни от влияния церкви — и развитие атеизма.
Все эти процессы, неразрывно связанные друг с другом, меняли облик человека, его систему ценностей и прежде всего представления о своем месте и роли в жизни. Человек традиционной цивилизации был уверен в стабильности окружавшей его природы и общества, в котором он жил. И то, и другое воспринималось как нечто неизменное, существующее согласно изначально данным Божественным законам. Современный человек смотрит на общество и природу иначе, считая, что их возможно и даже желательно контролировать и видоизменять. Модернизированный человек — это мобильная личность, которая быстро при к изменениям, происходящим в окружающей жизни. В отличие от человека средневекового он не ограничен социальными рамками своего сословия, корпорации или географическими рамками своего города, родной деревни. Поэтому современный человек ощущает себя частью более крупной общности — класса или нации. Иным становится и массовое сознание. Благодаря распространению грамотности и появлению средств массовой информации пропасть, отделявшая его в средние века от сознания интеллектуальной элиты, сужается.
индустриализацию — постоянно нарастающее использование машин в производстве, начало которому положил промышленный переворот в Англии во второй половине XVIII в.;
урбанизацию — небывалый рост городов; город впервые в истории получает экономическое преобладание, оттесняя на второй план деревню;
демократизацию политических структур, закладывающую предпосылки для становления гражданского общества и правового государства. Принципиально другим становится отношение к государственной власти: она лишается в глазах людей Божественной санкции, ее воспринимают рационально, о ней судят по результатам более или менее удачных действий тех, кому общество вручило бразды правления. Не случайно эпоха модернизации — это эпоха революций, сознательных попыток насильственным путем переустроить мир.
просвещение — невероятно быстрый по сравнению с эпохами рост знаний о природе и обществе, а также секуляризацию — освобождение духовной и социальной жизни от влияния церкви — и развитие атеизма.
Все эти процессы, неразрывно связанные друг с другом, меняли облик человека, его систему ценностей и прежде всего представления о своем месте и роли в жизни. Человек традиционной цивилизации был уверен в стабильности окружавшей его природы и общества, в котором он жил. И то, и другое воспринималось как нечто неизменное, существующее согласно изначально данным Божественным законам. Современный человек смотрит на общество и природу иначе, считая, что их возможно и даже желательно контролировать и видоизменять. Модернизированный человек — это мобильная личность, которая быстро при к изменениям, происходящим в окружающей жизни. В отличие от человека средневекового он не ограничен социальными рамками своего сословия, корпорации или географическими рамками своего города, родной деревни. Поэтому современный человек ощущает себя частью более крупной общности — класса или нации. Иным становится и массовое сознание. Благодаря распространению грамотности и появлению средств массовой информации пропасть, отделявшая его в средние века от сознания интеллектуальной элиты, сужается.