Потому что революция - тигренок, а не киска. Она принадлежит одновременно никому и всем. Она, по сути, изначально состоит из противоречий. А для Франции это еще и первый подобный кровавый опыт. Пресловутый "народ" ненавидел монархию, Марию-Антуанетту и Людовика 6. Простой человек хотел сытной жизни, а всякие ехидные адвокаты пообещали им ее, попутно не забывая заливать про "всеобщее благо". Но как его достигнуть? Первое препятствие - король-тряпка и его жена. Ну и, собственно, их головы отправляются к мадам гильотине. Что же дальше? Liberté, Égalité, Fraternité? Конечно, но пламенные речи совсем недолго греют душу озябшему народу. Необходимо действовать. А как? Никакого определенного, точного плана действий ни у кого не было. Это главная проблема ВФР. Эфемерная мечта не накормит и не повернет назад армию какой-нибудь Англии. У каждого свое мнение. Потому что каждый видит по-своему "всеобщее благо". Да его и вовсе не существует. Каждый инакомыслящий - предатель революции, предатель идеи "светлого будущего". И вот уже якобинцы отправляют на плаху своих братьев кольдерьеров. А там уже набирает обороты террор, свобода перетекает в диктатуру, диктатура в хаос. Структуированный, четкий план действий определяет успешный исход революции. Здесь мы видим только зачатки. Здесь революция оказалась сильнее человека, она стала "стихийным бедствием". Собственно, бессмертный мем Дантона: "Не мы сделали революцию, а она сделала нас" - чертовски справедлив.
Что же дальше? Liberté, Égalité, Fraternité? Конечно, но пламенные речи совсем недолго греют душу озябшему народу. Необходимо действовать. А как? Никакого определенного, точного плана действий ни у кого не было. Это главная проблема ВФР. Эфемерная мечта не накормит и не повернет назад армию какой-нибудь Англии. У каждого свое мнение. Потому что каждый видит по-своему "всеобщее благо". Да его и вовсе не существует. Каждый инакомыслящий - предатель революции, предатель идеи "светлого будущего". И вот уже якобинцы отправляют на плаху своих братьев кольдерьеров. А там уже набирает обороты террор, свобода перетекает в диктатуру, диктатура в хаос.
Структуированный, четкий план действий определяет успешный исход революции. Здесь мы видим только зачатки. Здесь революция оказалась сильнее человека, она стала "стихийным бедствием". Собственно, бессмертный мем Дантона: "Не мы сделали революцию, а она сделала нас" - чертовски справедлив.