9 сентября, 27 августа по старому стилю 1911 г П.А. Столыпин приехал в Киев на торжества по случаю открытия земских учреждений и памятника Александру II.
Вечером 14 сентября, 1-го по старому стилю царский двор и члены правительства собрались в киевском Городском театре.
Шла опера Н.А. Римского-Корсакова «Сказка о царе Салтане». Во втором антракте (перед которым прозвучал знаменитый "Полёт шмеля") Столыпин встал со своего места, прислонился к ограждению оркестровой ямы и беседовал с военным министром Сухомлиновым. Неожиданно к нему подошел неизвестный молодой человек и выстрелил в упор из браунинга. Раненый в грудь Столыпин шагнул к своему креслу, опустился в него и потерял сознание. Стрелявший, эсер Дмитрий (Мордекай) Григорьевич Богров, застыл в оцепенении. Все происходило на глазах у царя и его дочерей. В зале было ещё немало публики, все замерли и ждали, что будет дальше. Первым опомнился террорист – он бросился бежать, но на выходе был схвачен офицерами из публики, разоружен и жестоко избит толпой. Когда из зала вынесли Богрова и Столыпина, публика запела «Боже, царя храни». Пели с воодушевлением, поскольку считали чудом тот факт, что в присутствии первого лица государства преступник стрелял во второе лицо.
Глава Совета министров вскоре очнулся и сказал, что теперь он обречен. Врачи не разделяли эту точку зрения – ранение считалось средней тяжести – согласно официальным бюллетеням, пуля не задела ни одного жизненно важного органа. По неизвестной причине лейб-медики приняли решение не удалять пулю, что привело к заражению крови, от которого первый министр и скончался через 4 дня. Перед смертью он просил дать ему на подпись неизвестные окружающим бумаги.
Подозрительные факты, касающиеся смерти Столыпина: * Даже для офицера, занявшего пост по протекции,21 начальник Киевского охранного отделения Н.Н. Кулябко действовал слишком непрофессионально: он допустил появление своего агента, провокатора Д.Г. Богрова, в театре, где находились первые лица государства. Богров обещал ему показать в театре террористов, умышляющих на царя и Столыпина, Кулябко доверился ему и даже не обыскал.
* Император не посетил умиравшего Столыпина в больнице, отговорившись более важными делами, и не присутствовал на его похоронах.
* На суде Богров держался очень уверенно, как будто был убежден, что его
* Террорист был повешен очень поспешно, уже 24 сентября, 11-го по старому стилю.
* За происшедшее поплатилось всего одно официальное лицо (начальник Киевского охранного отделения Кулябко), всех остальных не наказали вообще.
* Новый глава правительства, В.Н. Коковцов, доложил царю, что в деле об убийстве Столыпина есть нечто большее, чем просто глупая оплошность Охранного отделения, и просил о более тщательном расследовании. Это требование осталось без ответа.
Написанная в последние дни работа Столыпина о будущем политическом устройстве России, содержавшая идеи новых преобразований, после его смерти бесследно исчезла.
Вечером 14 сентября, 1-го по старому стилю царский двор и члены правительства собрались в киевском Городском театре.
Шла опера Н.А. Римского-Корсакова «Сказка о царе Салтане». Во втором антракте (перед которым прозвучал знаменитый "Полёт шмеля") Столыпин встал со своего места, прислонился к ограждению оркестровой ямы и беседовал с военным министром Сухомлиновым. Неожиданно к нему подошел неизвестный молодой человек и выстрелил в упор из браунинга. Раненый в грудь Столыпин шагнул к своему креслу, опустился в него и потерял сознание. Стрелявший, эсер Дмитрий (Мордекай) Григорьевич Богров, застыл в оцепенении.
Все происходило на глазах у царя и его дочерей. В зале было ещё немало публики, все замерли и ждали, что будет дальше. Первым опомнился террорист – он бросился бежать, но на выходе был схвачен офицерами из публики, разоружен и жестоко избит толпой. Когда из зала вынесли Богрова и Столыпина, публика запела «Боже, царя храни». Пели с воодушевлением, поскольку считали чудом тот факт, что в присутствии первого лица государства преступник стрелял во второе лицо.
Глава Совета министров вскоре очнулся и сказал, что теперь он обречен. Врачи не разделяли эту точку зрения – ранение считалось средней тяжести – согласно официальным бюллетеням, пуля не задела ни одного жизненно важного органа. По неизвестной причине лейб-медики приняли решение не удалять пулю, что привело к заражению крови, от которого первый министр и скончался через 4 дня. Перед смертью он просил дать ему на подпись неизвестные окружающим бумаги.
Подозрительные факты, касающиеся смерти Столыпина:
* Даже для офицера, занявшего пост по протекции,21 начальник Киевского охранного отделения Н.Н. Кулябко действовал слишком непрофессионально: он допустил появление своего агента, провокатора Д.Г. Богрова, в театре, где находились первые лица государства. Богров обещал ему показать в театре террористов, умышляющих на царя и Столыпина, Кулябко доверился ему и даже не обыскал.
* Император не посетил умиравшего Столыпина в больнице, отговорившись более важными делами, и не присутствовал на его похоронах.
* На суде Богров держался очень уверенно, как будто был убежден, что его
* Террорист был повешен очень поспешно, уже 24 сентября, 11-го по старому стилю.
* За происшедшее поплатилось всего одно официальное лицо (начальник Киевского охранного отделения Кулябко), всех остальных не наказали вообще.
* Новый глава правительства, В.Н. Коковцов, доложил царю, что в деле об убийстве Столыпина есть нечто большее, чем просто глупая оплошность Охранного отделения, и просил о более тщательном расследовании. Это требование осталось без ответа.
Написанная в последние дни работа Столыпина о будущем политическом устройстве России, содержавшая идеи новых преобразований, после его смерти бесследно исчезла.