Вы наверняка слышали, что с женщинами нужно разговаривать по-французски, а с лошадьми по-немецки или что-нибудь в этом духе. Я слышала много всяких вариантов, но почему-то только сейчас узнала, что сентенция “Hablo latín con Dios, italiano con los músicos, español con las damas, francés en la corte, ingles con los caballos y alemán con los lacayos” принадлежит очень выдающемуся историческому персонажу, а именно Карлу пятому (точнее Carlos I de España – Карлу первому испанскому или Карлу пятому – императору Священной Римской империи). В “распределении” языков определенно присутствует своя логика.
На латыни король говорит с богом, потому что весь религиозный мир и Папа в том числе используют именно этот язык. Итальянский используется для музыкантов, потому что музыканты именно этой страны были в особом почете в Испании Золотого века (читай шестнадцатого). На испанском король говорит с дамами, потому что женат он был (формально-то Изабелла, конечно, была португальская принцесса, но можно сказать что…) на испанке. На французском разговаривает весь королевский двор, потому что французский – язык дипломатии в Европе и в шестнадцатом веке такой же употребляемые в высших испанских кругах как и собственно испанский. На немецком Карлговорил со слугами, не потому что этот язык больше ни для чего другого не годился, а потому что Германия (в том виде в котором она была тогда) находилась под управлением Испании. Про использование английского для лошадей – это конечно шутка, но со смыслом. Таким образом Карл хотел задеть своего главного врага – Англию.
Вы наверняка слышали, что с женщинами нужно разговаривать по-французски, а с лошадьми по-немецки или что-нибудь в этом духе. Я слышала много всяких вариантов, но почему-то только сейчас узнала, что сентенция “Hablo latín con Dios, italiano con los músicos, español con las damas, francés en la corte, ingles con los caballos y alemán con los lacayos” принадлежит очень выдающемуся историческому персонажу, а именно Карлу пятому (точнее Carlos I de España – Карлу первому испанскому или Карлу пятому – императору Священной Римской империи). В “распределении” языков определенно присутствует своя логика.
На латыни король говорит с богом, потому что весь религиозный мир и Папа в том числе используют именно этот язык. Итальянский используется для музыкантов, потому что музыканты именно этой страны были в особом почете в Испании Золотого века (читай шестнадцатого). На испанском король говорит с дамами, потому что женат он был (формально-то Изабелла, конечно, была португальская принцесса, но можно сказать что…) на испанке. На французском разговаривает весь королевский двор, потому что французский – язык дипломатии в Европе и в шестнадцатом веке такой же употребляемые в высших испанских кругах как и собственно испанский. На немецком Карлговорил со слугами, не потому что этот язык больше ни для чего другого не годился, а потому что Германия (в том виде в котором она была тогда) находилась под управлением Испании. Про использование английского для лошадей – это конечно шутка, но со смыслом. Таким образом Карл хотел задеть своего главного врага – Англию.