anovnaL хорошистИз письма Александра I. 1797 г. ...Когда же придет мой черед, тогда нужно будет трудиться над тем, постепенно, разумеется, чтобы создать народное представительство, которое, будучи направляемо, составило бы свободную конституцию, после чего моя власть совершенно прекратилась бы и я... удалился бы в какой-нибудь уголок и жил бы там счастливый и довольный, видя процветание своего отечества, и наслаждался бы им. 2. Значительное влияние на будущего императора оказал один из его воспитателей, швейцарский политик Ф. С. Лагарп, приверженец идей либерализма. Он пытался внести эти идеи в сознание Александра. Среди них было отрицательное отношение к крепостничеству. В области политика устройства государства важнейшим требованием либералов являлось введение конституции. 4.Одним из самых важных решений Александра стал указ от 20 февраля 1803 г. о «вольных хлебопашцах», по которому помещики могли отпускать своих крепостных на волю с земельными наделами за выкуп. Однако лишь 47 тыс. крестьян (т. е. меньше 0,5% от общего числа крепостных) смогли таким образом купить себе свободу: большинство помещиков не помышляли о «раздаче своей собственности».
...Когда же придет мой черед, тогда нужно будет трудиться над тем, постепенно, разумеется, чтобы создать народное представительство, которое, будучи направляемо, составило бы свободную конституцию, после чего моя власть совершенно прекратилась бы и я... удалился бы в какой-нибудь уголок и жил бы там счастливый и довольный, видя процветание своего отечества, и наслаждался бы им.
2. Значительное влияние на будущего императора оказал один из его воспитателей, швейцарский политик Ф. С. Лагарп, приверженец идей либерализма. Он пытался внести эти идеи в сознание Александра. Среди них было отрицательное отношение к крепостничеству. В области политика устройства государства важнейшим требованием либералов являлось введение конституции.
4.Одним из самых важных решений Александра стал указ от 20 февраля 1803 г. о «вольных хлебопашцах», по которому помещики могли отпускать своих крепостных на волю с земельными наделами за выкуп. Однако лишь 47 тыс. крестьян (т. е. меньше 0,5% от общего числа крепостных) смогли таким образом купить себе свободу: большинство помещиков не помышляли о «раздаче своей собственности».