Гендерная реконструкция политических систем Редакторы-составители сборника: Степанова Н.М., д.и.н., Кириченко М.М., к.с.н., Кочкина Е.В (СПб.: ИСПГ-Алетея, 2003. - С.991.) СТАЙТС Р. ФЕМИНИСТСКОЕ ДВИЖЕНИЕ И БОЛЬШЕВИКИ: ФЕВРАЛЬСКАЯ И ОКТЯБРЬСКАЯ РЕВОЛЮЦИИ 1917 Г.* Согласно большинству оценок революционного года, женщины в качестве действующих сил истории появляются всего лишь дважды: 23 февраля, в Международный женский день, когда женщины-работницы и жены солдат заполнили улицы Петрограда, и в финальном акте, когда в октябре так называемый Женский батальон принимал участие в защите Зимнего дворца и Временного правительства. Исторический промежуток между двумя этими событиями огромен, поэтому не имеет смысла пытаться преувеличить ту роль, которую играли женщины в это решающее и беспокойное для новой России время. За некоторым исключением, боровшиеся за власть политические силы в большинстве своем состояли из мужчин и ими же возглавлялись: правительство, партии, советы, армия, крестьянские общины, национальные организации, кооперативы, промышленные предприятия и профсоюзы. Однако это обстоятельство не должно преуменьшать тот факт, что оба события, в которые были вовлечены женщины, органично связаны друг с другом и с женским освободительным движением в целом. Неудивительно, что данная связь не получила должного освещения в литературе, посвященной революции: в условиях глобального, потрясшего весь мир переворота многие социальные проблемы стали казаться второстепенными. Чисто политические оценки революции, как этого и следовало ожидать, после событий 23 февраля обусловили исчезновение женщин из поля зрения историков, к тому же игнорировалось происхождение и политическое значение женских военных формирований. И сейчас стоит обратиться к этим проблемам, проанализировав их в контексте конфликта между большевиками и феминистками. Этот конфликт носил эпизодический и случайный характер, и вряд ли тогда существовали прямые контакты между феминистками и их врагами-социалистами, как это было в предреволюционные годы. Тем не менее, эти восемь революционных месяцев как никогда ясно показывают фундаментальные различия между ними
