15 августа 1327 г. в Твери поднялось восстание против татар, пришедших туда с послом Шевкалом (Чолханом, двоюродным братом, по другой версии – шурином ордынского хана Узбека). Как пишет летопись, «татары придя в Тверь погна князя великого со двора его, а сами ста на великого князя дворе со многою гордостию. И воздвиже гонение велико на христиане насильством и граблением и биением и поруганием» . Дело тут было, видимо, не в том, что татары таким образом хотели «разорить христианство» и даже, по свидетельству многих летописей, собирались «привести христиан в бесерменскую веру», а все русские города раздать ордынским князьям. Такая задача для посла Чолхана была просто невыполнима. Однако характерно, что тверской, а затем другие летописцы приписывали эти намерения ордынскому послу и его свите, оправдывая, таким образом, восстание тверичей.
На самом деле посол, скорее всего, просто чувствовал себя «над законом», прекрасно понимая, что родственные отношения с ханом защитят его от любых жалоб, с которыми бы обратились к своему князю и даже к хану жители Твери, и потому не стеснялся всячески притеснять людей, над которыми хан дал ему власть. Но кроме вызывающего поведения посла свою роль, несомненно, сыграли и многочисленные культурные различия и недопонимание между монголами и русскими. Так, например, у монголов нормальным явлением было иметь столько жен, сколько муж в состоянии содержать. Причем, монголы не делали особого различия между женами и наложницами. Сын от наложницы имел те же самые права, что и сын от жены. Поэтому быть наложницей знатного царевича вовсе не считалось для монгольской женщины бесчестием. У мусульман тоже было принято многоженство. Как раз при хане Узбеке государственной религией Орды стало мусульманство. Но отношение ордынцев к женщинам это принципиально не изменило.
Таким образом, предлагая понравившейся ему свободной девице стать одной из его жен или наложниц, или даже похищая девицу, монгольский сановник, или кто-то из его приближенных, как ему казалось, оказывал ей великую честь. Однако с точки зрения русских, одно такое предложение уже бесчестило и оскорбляло саму девушку и ее род. В «песне о Щелкане» – фольклорном произведении, описывающем события тверского восстания 1327 г., сообщается, что Щелкан (фольклорный аналог ордынского посла Чолхана) в Твери «сидел судьей». Но недолго ему было «вдовы-то бесчестити, красны девицы позорити, надо всеми наругатися, над домами насмехатися». «Бесчестное» отношение Щелкана к женщинам, судя по «песне» является одной из основных причин восстания в Твери.
Причиной восстания жителей Твери против монголо-татарских захватчиков явились жестокие притеснения, которым подвергал горожан присланный в Тверь из Орды баскак Чол-хан .
15 августа 1327 г. в Твери поднялось восстание против татар, пришедших туда с послом Шевкалом (Чолханом, двоюродным братом, по другой версии – шурином ордынского хана Узбека). Как пишет летопись, «татары придя в Тверь погна князя великого со двора его, а сами ста на великого князя дворе со многою гордостию. И воздвиже гонение велико на христиане насильством и граблением и биением и поруганием» . Дело тут было, видимо, не в том, что татары таким образом хотели «разорить христианство» и даже, по свидетельству многих летописей, собирались «привести христиан в бесерменскую веру», а все русские города раздать ордынским князьям. Такая задача для посла Чолхана была просто невыполнима. Однако характерно, что тверской, а затем другие летописцы приписывали эти намерения ордынскому послу и его свите, оправдывая, таким образом, восстание тверичей.
На самом деле посол, скорее всего, просто чувствовал себя «над законом», прекрасно понимая, что родственные отношения с ханом защитят его от любых жалоб, с которыми бы обратились к своему князю и даже к хану жители Твери, и потому не стеснялся всячески притеснять людей, над которыми хан дал ему власть. Но кроме вызывающего поведения посла свою роль, несомненно, сыграли и многочисленные культурные различия и недопонимание между монголами и русскими.
Так, например, у монголов нормальным явлением было иметь столько жен, сколько муж в состоянии содержать. Причем, монголы не делали особого различия между женами и наложницами. Сын от наложницы имел те же самые права, что и сын от жены. Поэтому быть наложницей знатного царевича вовсе не считалось для монгольской женщины бесчестием. У мусульман тоже было принято многоженство. Как раз при хане Узбеке государственной религией Орды стало мусульманство. Но отношение ордынцев к женщинам это принципиально не изменило.
Таким образом, предлагая понравившейся ему свободной девице стать одной из его жен или наложниц, или даже похищая девицу, монгольский сановник, или кто-то из его приближенных, как ему казалось, оказывал ей великую честь. Однако с точки зрения русских, одно такое предложение уже бесчестило и оскорбляло саму девушку и ее род. В «песне о Щелкане» – фольклорном произведении, описывающем события тверского восстания 1327 г., сообщается, что Щелкан (фольклорный аналог ордынского посла Чолхана) в Твери «сидел судьей». Но недолго ему было «вдовы-то бесчестити, красны девицы позорити, надо всеми наругатися, над домами насмехатися». «Бесчестное» отношение Щелкана к женщинам, судя по «песне» является одной из основных причин восстания в Твери.
.