Меня зовут Жак. Я живу при дворе знатного феодала, так как мои родители работают на земле своего сеньора, а меня отдали на подворье. Служить неким "мальчиком на побегушках". Жизнь моя не сладка, но хуже дворовой собаки я не живу. Наш господин высокомерен и жесток. Не терпит шуток и песен, что мы иногда поем, собираясь на кухне. Он считает, что уж «Лучше всего, когда крестьянин плачет; худо, когда он радуется». Меня, как служку, он презирает. Стоит попастся на глаза в неподходящий момент, так и по ребрам осадить господским сапогом может. Но от пса я отличаюсь. Кормят хорошо. Ибо при дворе нашему господину немощные не нужны - они работают плохо. В общем, от нас ему более и не надо, лишь бы работа ладилась, да земля процветала. Так и живем...
Меня зовут Жак. Я живу при дворе знатного феодала, так как мои родители работают на земле своего сеньора, а меня отдали на подворье. Служить неким "мальчиком на побегушках". Жизнь моя не сладка, но хуже дворовой собаки я не живу. Наш господин высокомерен и жесток. Не терпит шуток и песен, что мы иногда поем, собираясь на кухне. Он считает, что уж «Лучше всего, когда крестьянин плачет; худо, когда он радуется». Меня, как служку, он презирает. Стоит попастся на глаза в неподходящий момент, так и по ребрам осадить господским сапогом может. Но от пса я отличаюсь. Кормят хорошо. Ибо при дворе нашему господину немощные не нужны - они работают плохо. В общем, от нас ему более и не надо, лишь бы работа ладилась, да земля процветала. Так и живем...