Я думаю, можно говорить о том, что у Руси было твёрдое намерение не воевать, а сотрудничать с Византией, так как в договоре есть фраза о стремлении к дружбе: “Наша светлость превыше всего желая в Боге укрепить и удостоверить дружбу, существовавшую неоднократно между христианами и русскими, рассудили по справедливости, не только на словах, но и на письме, и клятвою твёрдою, клянясь оружием своим, утвердить.
Я думаю, можно говорить о том, что у Руси было твёрдое намерение не воевать, а сотрудничать с Византией, так как в договоре есть фраза о стремлении к дружбе: “Наша светлость превыше всего желая в Боге укрепить и удостоверить дружбу, существовавшую неоднократно между христианами и русскими, рассудили по справедливости, не только на словах, но и на письме, и клятвою твёрдою, клянясь оружием своим, утвердить.