Остановимся на социальной и экономической политике государств Месопотамии. В экономическом плане перед нами земледельческо-торговые и военные государства. Мощь их держалась на армии и земледельцах. Во главе стояли цари-воины или лидеры торговой «буржуазии». Но иногда к власти приходили те, кого можно назвать выдвиженцами народа.
Среди них был аккадский царь Саргон Древний, создавший самое мощное в его время государство в Шумере и Аккаде. Его звали «сын водоноса», «слуга», «садовник». Легенда гласит: «В городе Азупирану, – так повествует о себе здесь сам царь, – на берегу Евфрата зачала моя мать, происходившая из знатного рода, и тайно родила меня. Положив меня в плетеную корзину из тростника, она замазала ее горною смолою и спустила ее в реку. Течение понесло меня к Акки, водоносу. Он нашел и воспитал меня, сделал садовником. Богиня любви Иштар была благосклонна ко мне и сделала меня царем над черноголовым человечеством». Существует немало эпических легенд, где говорится о некой милости, что позволила ему «попасть прямо на царский трон Киша». Однако все указывает на то, что он, вероятно, был простолюдином, занимая во времена правления в Кише Ур-Забабы должность царского садовника и чашеносца. «Мы едва ли вправе сомневаться в том, что либо Саргон в действительности вышел из народа (собственно, из членов персонала царско-храмового хозяйства), либо в его деятельности или в сопутствовавшей ей исторической обстановке было нечто, позволившее сложиться такому мнению о нем. Столь неожиданное возвышение могло произойти в критической обстановке крушения царств, народного восстания или общей смуты, но едва ли просто вследствие одного из тех дворцовых переворотов, десятки которых история Двуречья знала и до и после Саргона…» (И. М. Дьяконов). Однако Саргон был вдобавок ко всему великий воин и мудрый политик. Его перу приписывают различные умные сочинения, в том числе даже книги по астрологии. О деятельности Саргона (и Навуходоносора) мы узнаем из легенд и хроник о них или же из собственных стилизованных самоописаний. Разумеется, все это дает лишь поверхностное представление о социальной, экономической и интеллектуальной жизни того времени. По этой причине, видимо, А. Оппенхейм сравнил их с отражением «в искаженном зеркале».
Остановимся на социальной и экономической политике государств Месопотамии. В экономическом плане перед нами земледельческо-торговые и военные государства. Мощь их держалась на армии и земледельцах. Во главе стояли цари-воины или лидеры торговой «буржуазии». Но иногда к власти приходили те, кого можно назвать выдвиженцами народа.
Среди них был аккадский царь Саргон Древний, создавший самое мощное в его время государство в Шумере и Аккаде. Его звали «сын водоноса», «слуга», «садовник». Легенда гласит: «В городе Азупирану, – так повествует о себе здесь сам царь, – на берегу Евфрата зачала моя мать, происходившая из знатного рода, и тайно родила меня. Положив меня в плетеную корзину из тростника, она замазала ее горною смолою и спустила ее в реку. Течение понесло меня к Акки, водоносу. Он нашел и воспитал меня, сделал садовником. Богиня любви Иштар была благосклонна ко мне и сделала меня царем над черноголовым человечеством». Существует немало эпических легенд, где говорится о некой милости, что позволила ему «попасть прямо на царский трон Киша». Однако все указывает на то, что он, вероятно, был простолюдином, занимая во времена правления в Кише Ур-Забабы должность царского садовника и чашеносца. «Мы едва ли вправе сомневаться в том, что либо Саргон в действительности вышел из народа (собственно, из членов персонала царско-храмового хозяйства), либо в его деятельности или в сопутствовавшей ей исторической обстановке было нечто, позволившее сложиться такому мнению о нем. Столь неожиданное возвышение могло произойти в критической обстановке крушения царств, народного восстания или общей смуты, но едва ли просто вследствие одного из тех дворцовых переворотов, десятки которых история Двуречья знала и до и после Саргона…» (И. М. Дьяконов). Однако Саргон был вдобавок ко всему великий воин и мудрый политик. Его перу приписывают различные умные сочинения, в том числе даже книги по астрологии. О деятельности Саргона (и Навуходоносора) мы узнаем из легенд и хроник о них или же из собственных стилизованных самоописаний. Разумеется, все это дает лишь поверхностное представление о социальной, экономической и интеллектуальной жизни того времени. По этой причине, видимо, А. Оппенхейм сравнил их с отражением «в искаженном зеркале».
Объяснение:
фухх надеюсь то