В 1937 году Советский Союз по выпуску валовой продукции машиностроения, тракторостроения и производству нефти занял первое место в Европе и второе в мире; по производству электроэнергии, чугуна, стали, алюминия – второе место в Европе и третье в мире; по добыче угля, производству цемента – третье место в Европе и четвертое в мире.Внедрялись более совершенные станки, оборудование, механизмы.Очевидный скачок в развитии тяжелой индустрии страны был достигнут тяжелой ценой отставания в легкой промышленности, стагнации аграрного сектора, сверхцентрализации экономической жизни и окончательного слома механизма саморегуляции экономики.Столь форсированные темпы роста оборонной мощи Советского Союза в предвоенные годы, подстегиваемые ростом угрозы со стороны фашистской Германии и милитаристской Японии, требовали чрезвычайных мер по укреплению дисциплины на производстве. Форсированный экономический рост при дефиците ресурсов привел в 30-е гг. к стагнации, даже временному падению уровня жизни и в городе и в деревне. Процесс утверждения режима личной власти И.В. Сталина, сопровождавшийся кровавыми чистками по всей стране,Начавшиеся же с июня 1937 года репрессии в армии, приобретают массовый характер. Они не только обрушились на высший командный состав Красной Армии, но и затронули все военные округа и крупные воинские формирования.В результате к началу Великой Отечественной войны только 7% командиров Красной Армии имели высшее военное образование, а 37% не полного курса обучения даже в средних военно-учебных заведениях. Одновременно ужесточается уголовное законодательство. 1 декабря 1934 г., в день убийства Кирова, принимается закон о крайне упрощенной (без участия сторон, обжалования приговора) и ускоренной (до 10 дней) процедуре дел о терроре. В марте 1935 г. был принят закон о наказании членов семей изменников Родины. В апреле 1935 г. указом ЦИК было разрешено привлекать к уголовной ответственности детей начиная с 12 лет. 9 июня 1935 г. принимается закон, в соответствии с которым любой советский гражданин за побег за границу приговаривался к смертной казни, тюремное заключение грозило также всякому лицу, не донесшему об этом.И все-таки было бы неверным исключительно в мрачных тонах представлять общественную атмосферу 30-х гг. Страна добилась впечатляющих экономических результатов. Миллионы советских людей получили образование, значительно повысили свой социальный статус, приобщились к индустриальной культуре; десятки тысяч, поднявшись с самых "низов", заняли ключевые посты в хозяйственной, военной, политической элите.Очевидно, все эти обстоятельства легли в основу поражавшего западных путешественников и удивляющего нас сегодня жизнерадостного мироощущения значительной части советских людей того времени. Посетивший СССР в 1936 г. писатель А. Жид, зорко подметивший массу "негатива" в тогдашней советской действительности (бедность, порой переходящую в нищету, подавление инакомыслия, всевластие тайной полиции и т.д.), тем не менее отмечает: "Однако налицо факт: русский народ кажется счастливым… ни в какой другой стране, кроме СССР, народ – встречные на улице (по крайней мере, молодежь), заводские рабочие, отдыхающие в парках культуры, – не выглядит таким радостным и улыбающимся".
