Вестфальский мир являлся результатом первого современного дипломатического конгресса (собрания). Он положил начало новому порядку в Европе, основанному на концепции государственного суверенитета. Соглашения затронули Священную Римскую империю, Испанию, Францию, Швецию, Нидерланды и их союзников в лице князей Священной Римской империи. До 1806 года нормы Оснабрюкского и Мюнстерского договоров являлись частью конституционного закона Священной Римской империи.На фоне дискуссии в статье анализируются проблемы суверенитета и монополизации власти после Тридцатилетней войны. То, что Вестфальский мир заложил основы современного международного права и современной политической картины мира как совокупности суверенных, независимых и равноправных национальных государств, сегодня подвергается сомнению. В принципе, автор согласна с мнением, что корни стилизации и миф о Вестфальском мире исходят из сочинений его современников, развитых впоследствии в эпоху Старого порядка и перед Французской революцией конца XVIII в. Вестфальский мир имеет наивысшую ценность, если иметь в виду, что он привел к концу кровавого и бессмысленного конфликта и переходу от конфессиональной к рациональной политике. Тогда была достигнута определенная стабильность, которая могла привести отношения между государствами и народами к новому политическому равновесию, и стали формироваться новые формы взаимного сосуществования, активно апробировавшиеся в политике, экономике, культуре. Новым явлением стал мир «дворов и альянсов», который во всех сферах жизни достаточно отчетливо провел черту между поздним Средневековьем и Новым временем. В целом внутриполитическая жизнь континента со второй половины XVII в. характеризовалась всеохватывающим процессом монополизации, который привел к концентрации в руках носителей высшей государственной власти всех важных политических полномочий. Этот процесс имел место как в государствах, ставших на путь буржуазно-правовой трансформации, так и в преобладавших на континенте абсолютных монархиях. Новые формы европейского бытия формировались в тесном взаимодействии методов адаптации и конкуренции. Следствием конкуренции и ярким примером адаптации явилась регализация европейских правителей и государств.
Вестфальский мир являлся результатом первого современного дипломатического конгресса (собрания). Он положил начало новому порядку в Европе, основанному на концепции государственного суверенитета. Соглашения затронули Священную Римскую империю, Испанию, Францию, Швецию, Нидерланды и их союзников в лице князей Священной Римской империи. До 1806 года нормы Оснабрюкского и Мюнстерского договоров являлись частью конституционного закона Священной Римской империи.На фоне дискуссии в статье анализируются проблемы суверенитета и монополизации власти после Тридцатилетней войны. То, что Вестфальский мир заложил основы современного международного права и современной политической картины мира как совокупности суверенных, независимых и равноправных национальных государств, сегодня подвергается сомнению. В принципе, автор согласна с мнением, что корни стилизации и миф о Вестфальском мире исходят из сочинений его современников, развитых впоследствии в эпоху Старого порядка и перед Французской революцией конца XVIII в. Вестфальский мир имеет наивысшую ценность, если иметь в виду, что он привел к концу кровавого и бессмысленного конфликта и переходу от конфессиональной к рациональной политике. Тогда была достигнута определенная стабильность, которая могла привести отношения между государствами и народами к новому политическому равновесию, и стали формироваться новые формы взаимного сосуществования, активно апробировавшиеся в политике, экономике, культуре. Новым явлением стал мир «дворов и альянсов», который во всех сферах жизни достаточно отчетливо провел черту между поздним Средневековьем и Новым временем. В целом внутриполитическая жизнь континента со второй половины XVII в. характеризовалась всеохватывающим процессом монополизации, который привел к концентрации в руках носителей высшей государственной власти всех важных политических полномочий. Этот процесс имел место как в государствах, ставших на путь буржуазно-правовой трансформации, так и в преобладавших на континенте абсолютных монархиях. Новые формы европейского бытия формировались в тесном взаимодействии методов адаптации и конкуренции. Следствием конкуренции и ярким примером адаптации явилась регализация европейских правителей и государств.