Как жили в 19-м веке Давайте представим Москву-матушку начала 19-го века, когда излюбленными местами прогулок москвичей были вокзал, Тверской бульвар и Пресненские пруды. Бульвар тогда в Москве существовал один - Тверской, засаженный березками, позднее их заменили липами.
На бульвар многие москвичи приходили каждый день. Аристократы гуляли, держа головные уборы под мышкой - мешала высокая прическа. Купцы и чиновный люд стояли рядами вдоль бульвара, не смешиваясь с аристократией. Богатые молодые люди ходили обыкновенно в очках, нередко сильно набеленные. нарумяненные и с насурьмленными бровями. У некоторых военных были искусственно увеличены плечи, чтобы казаться молодцеватее.
При Екатерине II простые люди летом разгуливали по Москве в халатах или рубахах, а зимою носили тулупы. Отличительным нарядом женщины простого сословия было покрывало, которое называлось накидкою. В праздничные дни все женщины появлялись на улице - старые усаживались на скамейке у ворот судачить. Зимою женщины и мужчины катались на коньках, катались и на салазках с гор. В Китайгороде, позади Мытного двора, была устроена такая гора известным Ванькой Каином.
Вечерами тешили бояр и богатых людей домашние песельники; рассказчики рассказывали сказки и прибаутки. Были в богатых домах свои шуты и шутихи, которые пустыми и нередко грубыми шутками и выходками веселили невзыскательных наших предков.
Модными тогда были домашние театры, где играли крепостные люди и сами господа-любители. Среди прочих славились два театра графа Шереметева - в Кускове и Останкине, графа Орлова - под Донским, Бутурлина и Мамонова - в Лефортове, у Мусина-Пушкина - на Разгуляе. Особенно был известен Апраксинский театр на Знаменке. Здесь играли все знаменитости, посещавшие Москву, давалась итальянская опера.
Москва всегда отличалась гостеприимством.
У смотрителя третьего казенного винного склада на Девичьем поле Музыченко собирались обыкновенно по субботам. Здесь можно было встретить массу праздношатающегося люда. Привратник казенного здания по виду определял гостей хозяина, и потому никогда не останавливал проходящую мимо него публику. Квартира Музыченко не знала никаких замков. Приходил, кто хотел и когда хотел. В столовой всегда стояла седека с гарниром, хлеб, масло, салат, колбаса и неизбежная сороковка «под белой головкой». Если хозяев не было дома, то красовалась записка: «Кто хочет чаю - самовар на кухне. Уголь - в печурке под плитой. В духовке есть гречневая. Только закрывайте печурку, чтобы дух не вышел».
Как-то даже не верится, что все это было в теперешней суматошной, многомиллионной Москве, изгаженной изысканно-безобразной застройкой последних десятилетий, задыхающейся от пробок и криминала. Но, что было, то было.
На бульвар многие москвичи приходили каждый день. Аристократы гуляли, держа головные уборы под мышкой - мешала высокая прическа. Купцы и чиновный люд стояли рядами вдоль бульвара, не смешиваясь с аристократией. Богатые молодые люди ходили обыкновенно в очках, нередко сильно набеленные. нарумяненные и с насурьмленными бровями. У некоторых военных были искусственно увеличены плечи, чтобы казаться молодцеватее.
При Екатерине II простые люди летом разгуливали по Москве в халатах или рубахах, а зимою носили тулупы. Отличительным нарядом женщины простого сословия было покрывало, которое называлось накидкою. В праздничные дни все женщины появлялись на улице - старые усаживались на скамейке у ворот судачить. Зимою женщины и мужчины катались на коньках, катались и на салазках с гор. В Китайгороде, позади Мытного двора, была устроена такая гора известным Ванькой Каином.
Вечерами тешили бояр и богатых людей домашние песельники; рассказчики рассказывали сказки и прибаутки. Были в богатых домах свои шуты и шутихи, которые пустыми и нередко грубыми шутками и выходками веселили невзыскательных наших предков.
Модными тогда были домашние театры, где играли крепостные люди и сами господа-любители. Среди прочих славились два театра графа Шереметева - в Кускове и Останкине, графа Орлова - под Донским, Бутурлина и Мамонова - в Лефортове, у Мусина-Пушкина - на Разгуляе. Особенно был известен Апраксинский театр на Знаменке. Здесь играли все знаменитости, посещавшие Москву, давалась итальянская опера.
Москва всегда отличалась гостеприимством.
У смотрителя третьего казенного винного склада на Девичьем поле Музыченко собирались обыкновенно по субботам. Здесь можно было встретить массу праздношатающегося люда. Привратник казенного здания по виду определял гостей хозяина, и потому никогда не останавливал проходящую мимо него публику. Квартира Музыченко не знала никаких замков. Приходил, кто хотел и когда хотел. В столовой всегда стояла седека с гарниром, хлеб, масло, салат, колбаса и неизбежная сороковка «под белой головкой». Если хозяев не было дома, то красовалась записка: «Кто хочет чаю - самовар на кухне. Уголь - в печурке под плитой. В духовке есть гречневая. Только закрывайте печурку, чтобы дух не вышел».
Как-то даже не верится, что все это было в теперешней суматошной, многомиллионной Москве, изгаженной изысканно-безобразной застройкой последних десятилетий, задыхающейся от пробок и криминала. Но, что было, то было.