Лжедмитрий II. В. И. Шуйский после взятия Тулы даровал свободу рядовым участникам обороны города. Бывшие повстанцы, рассеявшись по разным местам, были готовы взяться за оружие по призыву нового вождя. Он вскоре нашелся в лице Лжедмитрия II.
В мае 1607 г. в Стародубе объявился человек, в котором некоторые признали настоящего царя Дмитрия, и в другие города полетели вести о его «чудесном возвращении». Историк Н. М. Карамзин отмечал, что новый самозванец «был груб, свиреп, корыстолюбив до низости, но имел дерзость в сердце и некоторую хитрость в уме, владел искусно двумя языками, русским и польским». Авантюрист воспользовался тем, что простой народ и часть знати были готовы поверить в нового Дмитрия, лишь бы сбросить с престола В. И. Шуйского. Вскоре самозванца признали Путивль, Чернигов, Новгород-Северский.
Под знамена Лжедмитрия II стекались не только остатки разрозненных отрядов казаков, холопов, крестьян и служилых людей, но и крупные отряды литовских и польских панов.
Весной 1608 г. в Орел, где зимовал самозванец, прибыли с несколькими тысячами всадников польские князья Роман Ружинский и Адам Вишневецкий, польский полковник Александр Лисовский. В лагере Лжедмитрия II поляки заняли привилегированное положение. Новый претендент на царский престол был слепым орудием в руках польской шляхты
§ 5. РАЗГАР СМУТЫ
Лжедмитрий II. В. И. Шуйский после взятия Тулы даровал свободу рядовым участникам обороны города. Бывшие повстанцы, рассеявшись по разным местам, были готовы взяться за оружие по призыву нового вождя. Он вскоре нашелся в лице Лжедмитрия II.
В мае 1607 г. в Стародубе объявился человек, в котором некоторые признали настоящего царя Дмитрия, и в другие города полетели вести о его «чудесном возвращении». Историк Н. М. Карамзин отмечал, что новый самозванец «был груб, свиреп, корыстолюбив до низости, но имел дерзость в сердце и некоторую хитрость в уме, владел искусно двумя языками, русским и польским». Авантюрист воспользовался тем, что простой народ и часть знати были готовы поверить в нового Дмитрия, лишь бы сбросить с престола В. И. Шуйского. Вскоре самозванца признали Путивль, Чернигов, Новгород-Северский.
Под знамена Лжедмитрия II стекались не только остатки разрозненных отрядов казаков, холопов, крестьян и служилых людей, но и крупные отряды литовских и польских панов.
Весной 1608 г. в Орел, где зимовал самозванец, прибыли с несколькими тысячами всадников польские князья Роман Ружинский и Адам Вишневецкий, польский полковник Александр Лисовский. В лагере Лжедмитрия II поляки заняли привилегированное положение. Новый претендент на царский престол был слепым орудием в руках польской шляхты