История славяноязычных литератур средневековья довольно небогата памятниками, которые могут быть классифицированы как «светские». Связано это, насколько можно судить, с целым рядом причин. Во-первых, для образованного слоя был характерен гораздо более глубокий разрыв с языческим чем для создателей литературных памятников Западной Европы. Это ещё одно обстоятельство, бросающееся в глаза уже при первом взгляде на славянскую литературу средних веков. Языческие мифы и эпос, поставлявшие темы первым западноевропейским светским писателям, задавшие тон позднейшей, уже вполне христианской светской литературе, совершенно не волновали славянских авторов. Ничего подобного ирландским скелам, скандинавским сагам и эддическим песням, даже англосаксонским эпическим поэмам по крайней мере в сопоставимом объёме мы не находим в славянских литературах. Стоит отметить, что это относится даже к западнославянским латинским литературам, при всём влиянии на них с Запада.
История славяноязычных литератур средневековья довольно небогата памятниками, которые могут быть классифицированы как «светские». Связано это, насколько можно судить, с целым рядом причин. Во-первых, для образованного слоя был характерен гораздо более глубокий разрыв с языческим чем для создателей литературных памятников Западной Европы. Это ещё одно обстоятельство, бросающееся в глаза уже при первом взгляде на славянскую литературу средних веков. Языческие мифы и эпос, поставлявшие темы первым западноевропейским светским писателям, задавшие тон позднейшей, уже вполне христианской светской литературе, совершенно не волновали славянских авторов. Ничего подобного ирландским скелам, скандинавским сагам и эддическим песням, даже англосаксонским эпическим поэмам по крайней мере в сопоставимом объёме мы не находим в славянских литературах. Стоит отметить, что это относится даже к западнославянским латинским литературам, при всём влиянии на них с Запада.