Алиби Джангильдин являлся одним из немногих казахов-большевиков с "дооктябрьским стажем", то есть вступившим в партию до прихода большевиков к власти. По этой причине он обладал серьёзным авторитетом и пользовался особым расположением наркома по делам национальностей Сталина. Однако среди казахского населения репутация Джангильдина, напротив, была весьма неоднозначной в связи со слухами о его вероотступничестве и переходе в православие.
Весной 1917 года за проведение большевистской агитации Алиби Джангильдин около двух месяцев находился под арестом. Оказался он в заключении по распоряжению комиссара Временного правительства в Тургайской области Алихана Букейханова. Теперь гонители и гонимые поменялись местами.
Алиби Джангильдин являлся одним из немногих казахов-большевиков с "дооктябрьским стажем", то есть вступившим в партию до прихода большевиков к власти. По этой причине он обладал серьёзным авторитетом и пользовался особым расположением наркома по делам национальностей Сталина. Однако среди казахского населения репутация Джангильдина, напротив, была весьма неоднозначной в связи со слухами о его вероотступничестве и переходе в православие.
Весной 1917 года за проведение большевистской агитации Алиби Джангильдин около двух месяцев находился под арестом. Оказался он в заключении по распоряжению комиссара Временного правительства в Тургайской области Алихана Букейханова. Теперь гонители и гонимые поменялись местами.